— Ну, вчера привезли… чтоб тебе не таскать, — он пожал плечами и спокойно начал вытаскивать из пакетов. На полки становись консервы, пакеты с крупами и макаронами и еще какие-то бутылки.
— Спасибо, пояснишь? — мне стало как-то неуютно и, дождавшись его кивка, я поднялась наверх. Заваривая еще одну чашку чая, так как чувствовала какую-то нервозность.
— Можно мне тоже чая? — вернулся Артур и сел за стол напротив.
Я суетливо начала заваривать и чуть не обожглась, но он словно понял. Успел отдернуть мою руку от чайника, взяв за локоть.
— Не торопись, — поднося мою руку к своим губам и целуя шрамы.
— Расскажешь? — попросила, и вытянув ладонь из его, начала собирать бутерброды.
Нож у меня тут же отобрали, и, чуть отодвинув меня от стола, Артур быстро нарезал ветчины, сыра и салатных листьев. Недолго думая, я вернулась к столу и села, схватив чашку со своим чаем. Когда он вернулся и сел напротив, я же гипнотизировала стену.
— Начать сначала? — уточнил он.
— А что, есть еще и начало? — оторвалась я от созерцания стены.
— У всего есть начало и оно иногда для всех разное, — вздохнул он.
— Давай попробуем начать со вчерашнего вечера, — не согласилась с ним.
— Ну, наверно и так можно. Мы оборотни, — сказал Артур и умолк.
— Оборотни что? — непонимающе смотрела на него.
— Кино, сказки… не вымысел. Мы оборотни, волки.
— О-о-у-у… — только и смогла выдавить из себя.
— То, что ты вчера видела, не галлюцинации.
— Так, допустим, — я потерла виски пальцами, — зачем Станиславу… это ведь был он? Кусать меня?
— Иногда альфа бывает в бешенстве и не состоянии контролировать то, что творит, — Артур нахмурился.
— А руки? — вспомнив, посмотрела на зажившие полосы на руках.
— Я зализал, как волк, — он неожиданно смутился.
— А спину почему нет?
— Не видел, а снять одежду побоялся, — он спрятал взгляд.
Вот почему я сейчас ему верю?..
Где страх чужих мужчин, почему он сидит в моей кухне, не вызывая у меня отторжения… Словно я это видела?
— Вот это тогда что? — я подорвалась с места и принесла из кабинета листки с распечатанными стихами.
— Это последние? — уточнил он.
— В смысле последние? — смотрела непонимающе на него.
— Какие из них последние?
— Те, что написала тут? — вытащила три листа и остановилось на последнем. Там был записан стих со вчерашним происшествием.
— Он, да? — он вытянул у меня лист, — вижу, что он.
— И что это значит? — я сидела, потрясенная, вцепившись в стопку бумаг.
— Ты ясновидящая, твой дар проявляется вот так. Возможно, он еще только раскрывается.
— Это какой-то бред… — я схватилась за голову, бросив листы на стол.
Артур взял их и начал читать, я молчала, уйдя в себя и пытаясь осмыслить услышанное.
— Это не бред, ясновидящие редки, очень. Ты нам очень нужна. Я могу взять вот эти три, они касаются стаи, — он протянул мне их.
— Бери, я все равно не понимаю, о чем там написано. Да и чаще не помню даже, если сразу не записать.
— Спасибо, — он аккуратно их сложил и убрал в карман рубашки.
— А что еще есть? — во мне внезапно проснулось любопытство, — или кто?
— Это мы в другой раз обсудим, мне надо ехать, иначе дорогу развезет, не выберемся, — ушел он от ответа.
— Ладно, — провожала его движения взглядом. Артур встал и, накрыв мои руки, лежащие на столе, своими, сжал их.
— До завтра…
Я вскинула голову и посмотрела на него, в его глазах что-то пряталось. Нет, не опасность, что-то еще…
— До завтра…
Он развернулся и вышел, аккуратно прикрыв дверь за собой. Звук отъезжающей от дома машины я уже не слышала. Гроза рокотала прямо над домом.
Весь день был каким-то странным. Походив по дому, я не находила себе места. Внезапно осев в кабинете, включила ноутбук.
— Оборотни — волки, — написала я запрос в поисковой строке.
Нового я, конечно, ничего не узнала. Все сведения взяты из мифов и легенд, обобщённых или даже приукрашенных в фильмах и книгах. Но главный вопрос вот в чем: почему написано, что это вымысел? Правда скрывается? Кем и зачем? Если они вот так запросто живут вместе с людьми…
Дальше был запрос «Ясновидящие». Поиск выдал мне одни объявления, предлагающие услугу, или общие домыслы. Единственное, что удалось выяснить, так это то, что такое проявление дара, как у меня, встречалось семьдесят лет назад. Ядвига Гауриц, простая деревенская учительница, писала стихи, которые даже опубликовали. Но когда выяснили, что они были пророческими, ее заклеймили шарлатанкой и подвергли изгнанию. Буквально отовсюду. Что с ней стало, мне выяснить не удалось.
Набрала в поиске ее имя и открыла первую ссылку. Внезапно мне стало нехорошо: это была фотография автора из того самого сборника стихов. На ней была я, старше лет на десять, но точно я.
Закрыла ноутбук, а потом снова открыла и сделала распечатку картинок и текста. Пошла в спальню и легла на кровать. В голове была каша, в прямом смысле слова. Слишком много я сегодня узнала, и меня буквально сейчас тошнило от обилия информации.
Начала медитацию, которой меня научили в больнице… медленно погружая себя в пустоту. Откидывая от себя все, что видела и слышала.
