уму-разуму, но…. Сиятельный юноша учиться не хотел. Время шло, преподаватели сменяли друг друга, а Эрик, отошедший от утреннего потрясения, все чаще и чаще останавливал свой взор на нас.
Наконец-то мучения учителей закончились и они удалились. Камердинер занимался гардеробом его высочества, воспитатель был отправлен спросить у их величеств, позволено ли будет наследнику присутствовать на
королевском обеде, а сам он, не сняв обувь, валялся на кровати, изображая сильнейшую усталость от трудов
праведных.
Все это время мы не покидали апартаментов наследника и, в отличие от нас, сопровождавших его неотлучно, Багира так и не стронулась с места.
Молчал паренек недолго, уж слишком он привык за свою еще такую недолгую жизнь повелевать, и отступиться от
такой диковинки, как мы, просто так точно не сумеет, а значит наше противостояние еще впереди. И вот…
— Ты, — принц сел на кровати и ткнул пальцем в мою сторону. — Подойди сюда и дай мне посмотреть твой
посох! — не заметив реакции на его требование с моей стороны, он добавил: — Ну, быстро!
В комнате наступила полнейшая тишина. Затих, прислушиваясь к происходящему, камердинер. Сменила позу на
ковре кашна. Теперь она не лежала в расслабленной позе. Багира подобрала задние лапы под себя и положила
голову на передние, всем корпусом повернувшись в сторону принца. Ждал выполнения своего требования его
высочество. Он ни капли не сомневался в своем праве нам приказывать. А мы? Мы молчали. Меня учили выдержке
и терпению. Ситуация не напрягала, но объект охраны мне лично не нравился все больше и больше, а вот именно
он терпением и не отличался. Так и не дождавшись от меня выполнения своего требования, он соскочил с кровати
и, стремительно приблизившись ко мне, возмутился, почти перейдя на ультразвук:
— Ты что, глухой? Отвечай мне и сними эту тряпку со своей головы, когда я с тобой разговариваю!
Последовал резкий взмах, и вот уже его рука устремилась к моему капюшону. Пришлось перехватить её и, крепко
сжав, опустить вниз, одновременно с этим давая необходимые в этой ситуации пояснения, глухим
невыразительным голосом:
— Ваше высочество! Вы, видимо путаете нас со своими слугами и придворными. Но мы не те и не другие. Мы —
телохранители из «Обители теней». Подчиняемся только своему главе. Ни вам, ни вашему начальнику
безопасности, ни даже его величеству королю — мы не подчиняемся. Нам поставили задачу — охранять
наследника престола и это все. Разговаривать с нами не надо, отдавать команды бесполезно, махать руками в нашу
сторону опасно. Для вас опасно.
108
По-моему объяснила я все понятно и доходчиво, но это юное высочество меня просто не хотело слушать и
понимать.
— Вы ничего мне не сделаете! Слышите? Ничего! Даже если я вас ударю, утретесь и стерпите. Вам за это деньги
платят, — выдав мне это в лицо, он одновременно с последними словами действительно попытался дать мне
пощечину.
Ну, что я могу на это сказать — молоденький зарвавшийся парнишка, считающий себя почти властелином, но при
этом не умеющий даже правильно ударить предполагаемого противника. Замах его руки, незаметное движение
моих рук и вот уже наследник короны кричит диким криком, катаясь по полу.
«Веселье» началось.
Забежал в комнату воспитатель, выскочил из гардеробной камердинер, забежали стражники, стоявшие ранее у
дверей в общий коридор. Все они засуетились вокруг него, мешая друг другу, совершенно не обращая внимание на
нас, стоящих совсем рядом с происходившим, и спокойно наблюдающих за их действиями. Внезапно крик
наследника стих и он, не поднимаясь с пола, визгливо прокричал стоящему рядом с ним на коленях воспитателю:
— Целителя зови! Придурок! Маму с отцом! Эти телохранители, они напали на меня!
Шум, гам, кутерьма! Наследник яриться. Слуги бегают. Багира, улегшись у моих ног, довольно жмуриться и даже
маленькая Лялька, крепко держась за край капюшона Дана, осторожно выглядывает наружу, но, не усмотрев в
возникшем шуме угрозы любимому хозяину, также незаметно спряталась.
А веселье набирает обороты! Прибежала королева, спокойно пришел король, явился целитель, подоспел и
придворный маг. Парня поднимают, осматривают и выслушивают его рассказ о том, как на него напали его
телохранители. Шум стихает. Слово дают магу и целителю, которые, перебивая друг друга, утверждают, что
никаких следов ни физического, ни магического насилия на теле наследника нет, вот только… только руками он
почему-то размахивать не может. Не работают руки. Это очень похоже на паралич или на проклятие, но это точно
ни то, ни другое. Целитель и маг разводят руками. В комнате наступила тишина. Все растеряны. Потрясенный
наследник и его мама сидят на кровати. Глядя в глаза наследнику, король требует:
— Кто мне объяснит, что произошло? Ну! — неожиданно для всех отвечать начинает камердинер:
— Его высочество, принц Эрик, пытался заставить новых телохранителей ему подчиняться, и когда это у него не
получилось, он попытался ударить одного из них по лицу. Тени вроде бы ничего не делали, а если точнее, то я
ничего не заметил, но наследник вдруг принялся кричать и вот…
