человека в сопровождении очень крупной кашны, работу выполняли просто на отлично, когда спали, когда ели, когда и как собирали сведения вообще непонятно, навели порядок в отряде королевских телохранителей, разговаривали тихими безличными голосами, лиц никто не видел. Стажа королевства доложила, что никто в
столице не замечел двух человек в сопровождении кашны, в городе вообще только две подобные кошки, но они
более мелкие и уже дано живут в двух высокородных семьях. Это все, что им смогли рассказать люди.
«Придется подождать несколько дней, решил Алексавель, а затем начать расширенный поиск по приметам. Если
они не ушли порталом в свою обитель, возможно есть шанс их найти. Кашна, это не та мелочь, которую можно
спрятать в карман».
Через два дня драконы почесали все королевство частым гребнем, но нигде, ни в одном поселке или городке не
появлялся никто, хоть отдаленно похожий на тех, кого они разыскивают. Познакомиться хотя бы визуально не
получилось. Через два дня после отлета драконов на окраине леса появились два высоких стройных паренька
одетых в поношенную, но добротную и крепкую одежду. Один из пришедших парней был слеп. Людям, встретившим их на окраине ближайшего поселка, было ясно видно, чем именно зарабатывают братья себе на
жизнь. Ни у кого не вызывала сомнения, что парни братья, полукровки и барды. К вечеру постоялый двор, в
котором они остановились, был полон гостей.
Как оказалось, поселок расположен чуть в стороне от основного дорожного тракта, караваны и барды в нем
довольно редкие гости, но вот именно сегодня в поселке остановился караван, и появились они.
***
Любопытного народа набежало полный двор. Хозяин, предоставивший нам комнату, пообещал в случае нашего
согласия выступить, не брать с нас плату за постой и питание. А мы согласились. Выступать мы собирались и сами, но так-то получилось явно лучше! Кошку, еще накануне, мы решили в селах и городках не светить. Пришли
97
вдвоем, с посохами, вещевыми мешками, музыкальным инструментом. Багира должна была присоединиться к нам
ночью и двигаться за нами дальше чуть в стороне. Связь с ней я поддерживала постоянно, чем сильнее и крупнее
вырастала моя драконица, тем четче и яснее становилась ментальная связь, и тем большее расстояние она
охватывала.
Пели мы с удовольствием, вкладывали в каждую песню собственные чувства. Заработали немного, но отдохнули
душой. Народ собрался на удивление душевный и отзывчивый. Все, что мы исполняли, встречали с восторгом.
Просили повторить. Пытались выучить. Очень просили задержаться у них на несколько дней. Мы задержались. В
поселке, как оказалось, очень сильный и уважаемый староста, потому царил в нем полный порядок и спокойствие.
И вот двинулся в путь караван. Отправились в дорогу и мы. К удивлению сельчан к каравану мы не
присоединились. Вездесущая детвора проводила нас за околицу и долго махала руками. Отойдя как можно дальше
и скрывшись от возможных наблюдателей, мы с удовольствием перешли от шага к стремительному бегу. Опять
начался лес. Словно тень, буквально из ниоткуда появилась Багира, выбралась из волос Дана попискивающая от
возбуждения Лялька. Дорога — это тоже жизнь.
Пока проживали в поселке, узнали о том, что у старосты скоро выходит замуж дочь, что Редня — ведьма, но
хорошая, что сын мельника собрался стать солдатом и отец его выпорол, что в лесу водятся дикие кашны, что
эльфы продолжают кого-то искать, и поиски идут уже очень давно. А еще два дракона искали двух молодых парней
в сопровождении кашны. Вот про эльфов и драконов нам было слушать интересно. Очень интересно! Но жители
маленького поселка знали мало, а значит пойдем дальше, попоем, поспрашиваем.
Неясное беспокойство разбудило меня уже под утро. Прислушиваюсь. Вокруг лес и обычные для него звуки ночи.
Что тогда? По изменившемуся дыханию брата понимаю, что он тоже проснулся. Но Багира спит спокойно, а это
значит, что непосредственной опасности нет. Прислушиваюсь к себе и своим чувствам и понимаю, что разбудил
меня лес, не осознано, но разбудил. Одновременно с Даном начинаем слушать его во всю силу, пользуясь
эльфийской магией. Находим источник боли и беспокойства. Довольно далеко от нас на ночлег возле небольшого
ручья остановилась группа из пары десятков крепких, сильно заросших мужиков, вооруженных, чем попало, но
этого у них вполне достаточно, чтобы вступить в нешуточный бой.
На поляне пылает большой костер, и его огненные языки касаются живых ветвей. Чуть в стороне в неглубоком
овражке возле ручья один из мужиков варварски вырубает молоденькие деревца. Вот откуда та боль, что разбудила
нас! А мужики-то поди разбойнички!
Только вчера, устраиваясь на ночлег, думала о том, что уж больно спокойно путешествуем, в поселках никто не
нападает и не пристает, в лесу кроме лесных жителей никого. Как в воду глядела. Ну что же, понаблюдаем.
Посмотрим. А пока, подъем, разминка, завтрак.
«Вот неугомонные! Что вскочили-то? — раздалось у меня в голове ворчание недовольной ранним подъемом
кошки. — Вас как покусали! То спят, не добудишься, а то раньше солнышка поднялись».
