- Ты слишком строго судишь, - мягко возразил Посейдон. – Не забывай, что Зевс все же однажды спас жизнь Талии, превратив ее в сосну. Он же два с половиной года назад оживил те крылатые статуи, чтобы они могли отнести вас куда нужно.
- Да, но ты ведь понял, о чем я!
- Понял, - вздохнул мой отец. – И, к сожалению, ты прав. Для Зевса не так уж важно, что происходит с его дочерью. Он излишне эгоистичен даже для бога. Хотя, с другой стороны, когда ты – лидер, другого и ожидать не стоит.
- Странно, - заметил я. – Меня полукровки тоже считают лидером, но я что-то не замечал в себе излишнего эгоизма. Может быть, это не от положения зависит, а от самого человека?
- Возможно, - задумчиво протянул отец. – Вот, таких людей, как ты, сынок, можно спокойно допускать до власти. Ты не зазнаешься.
- Уж, по крайней мере, я определенно не стану таким, как вы все, - парировал я.
- Это был камень в мой огород? – изогнул бровь Посейдон.
- Это был камень в огород Олимпа, - поправил я.
Посейдон расхохотался.
- Знаешь, Перси, - выдавил он, - зря ты не стал богом! Столь скромного члена семьи нам и не хватает, чтобы жить в гармонии.
- Я не в восторге от такого предложения, и ты это знаешь, - возразил я без тени улыбки. – Мне, если уж на то пошло, больше нравится быть полукровкой, но жить рядом со своими друзьями.
- И с ней, - ехидно добавил мой отец, кивнув в сторону Аннабет.
- Но-но-но! – возмутился я.
- Шучу! – отмахнулся тот. – Ладно, я тебе расскажу, почему Зевс решил поиграть с вами. Вы тут, наверное, все вообразили, что это произошло по какой-то возвышенной причине? А на самом деле всему виной банальное совпадение. В общем, мы сидели в тронном зале на собрании. Зашел разговор о вас, ну, я и ляпнул, что Зевс не заботится о своей дочери. Ты сам понимаешь, крыть это моему дорогому братцу было нечем. Я, по сравнению с ним, просто отец года…
- Не слишком ли цинично? – фыркнул я.
- Но я хотя бы небезразлично отношусь к твоей судьбе, - смутился тот. – Ты это знаешь не хуже меня.
- Знаю, знаю, - отмахнулся я. – Так что же дальше?
- Дальше? – рассеянно переспросил мой отец. – Дальше нас оборвал Дионис, появившись возле своего трона и заявив, что вам нужен новый флаг. Ну, а потом, сам понимаешь, сработало элементарное желание кому-то что-то доказать.
- Ну, ясно, - вздохнул я. – Решил, значит, разыграть из себя заботливого папочку, которым, в общем-то, не является?
- Вроде того, - кивнул Посейдон. – Ты только ему об этом не говори, а то так и в кучу пепла превратиться недолго.
- Не буду, не буду, - успокоил я его. – Суицидальных наклонностей у меня пока нет и…
- Олимпийцы! – громыхнул голос Зевса. – Нам пора!
- Ну, пока, сынок, - попрощался Посейдон, хлопнув меня по плечу.
- Пока, - улыбнулся я. – Передавай привет Тайсону, хорошо?
- Обязательно, - ответил мой отец. – Впрочем, ты и сам скоро сможешь. На следующей неделе я отпущу его до конца лета.
- Правда? – обрадовался я. – Здорово!
- То-то, - улыбнулся Посейдон. – Ну, будь здоров!
- Пока, пап! – ответил я.
Мой отец исчез вместе со всеми, и полукровки тут же начали делиться друг с другом впечатлениями, расспрашивать старост. Шум поднялся невообразимый. Он не стихал ни, когда мы делали жертвоприношения, ни, когда собрались вместе, чтобы петь песни и смотреть сценки.
И, кстати, о сценках. Сегодня дети Аполлона играли экспромтом. Они уже успели расспросить Уилла, и теперь разыгрывали сценки из сражения. Судя по ним, оно было жестоким.
Впрочем, я почти ничего не видел. Не успели ребята начать, как я хлопнул себя ладонью по лбу и шепнул в ухо Аннабет, которая, как обычно, была рядом:
- Пойдем, навестим Клариссу? До отбоя как раз успеем.
Моя девушка, конечно, не стала возражать. Она не особенно общалась с Клариссой, но приемлемо относилась к тому, что я с ней подружился. Мы взялись за руки и направились в сторону Лазарета.
Кларисса уже пришла в себя, но выглядела все еще неважно. Бледная, с кругами под глазами и замотанной головой. Впрочем, у нее уже был посетитель. Крис ни на секунду не отпускал ее руки.
- Ну, как ты? – нерешительно спросил я у своей боевой подруги.
- Бывало и хуже, - чуть хрипловато ответила она.
- У нее сотрясение мозга, - добавил Крис.
- Ага, - хмыкнула Кларисса. – И сейчас кто-нибудь из этих двоих скажет: было бы, чему трястись!
- Я? И не подумаю! – возмутилась Аннабет.
- Абсолютно не смешно, когда твоим друзьям плохо, - вставил я.
Кларисса удивленно посмотрела на нас, но ничего не сказала. Через минуту я спросил:
- Кто это тебя так?
- Да глупо получилось, - отмахнулась Кларисса. – Сражалась с Деметрой. Не смотрела под ноги. Попятилась. Споткнулась. Упала. Ударилась головой о камень. Все.
- Ну, бывает, - вздохнул я. – Хотя, признаться, для тебя это, действительно, глупо. А сейчас тебе лучше?
- Да, намного, - ответила дочь Ареса. – В такие моменты всегда понимаешь, кому на тебя не наплевать. Спасибо, что зашли, ребята.
- Не за что, - улыбнулся я. – Ладно, мы пойдем. Выздоравливай.
- Пока! – попрощалась Кларисса. – Зайдете завтра?
- Конечно, - пожал плечами я, и мы с Аннабет вышли.
