– Потому что его настоящая жена не могла родить ему ребенка, – возразила девочка с первого ряда. – Не так ли? – неуверенно уточнила она у мистера Тейлора. Дождавшись от него кивка, она продолжила: – Той рабыне практически приходилось с ним спать, хотя с него песок сыпался. То еще веселье.
– Фу, – послышалось из дальнего угла аудитории, и раздались смешки.
– Мы, кажется, сильно отдалились от темы, – усмехнулся мистер Тейлор. – Однако это интересный аспект. К следующему уроку прошу вас подготовить доклад на следующую тему. – Учитель взял кусочек мела и размашисто записал тезис на доске. «Верность и религия – диалектическое противоречие». Потом отряхнул ладони и широко улыбнулся, в то время как класс издал коллективный стон.
– Что? У вас целая неделя, этого вполне достаточно, – заявил он в свою защиту. – Не надо писать полноценное эссе. Выразите свое мнение, и мы это обсудим.
Мне в самом деле нравился мистер Тейлор и его занятия. Он был молод и полон энтузиазма, но я не выдержу еще больше заданий. В этом был виноват исключительно Кейден. Теперь мне придется еще и это куда-то втиснуть. Верность в браке не обсуждалась. Ни при каких обстоятельствах.
После того как я покинула кабинет, Кейден устремился за мной.
– Когда у тебя найдется для меня время? – спросил он. – Нам нужно поговорить.
– Даже не надейся, – ответила я и направилась дальше. – У меня работа, куча домашних заданий, а теперь еще и писать эссе по этому идиотскому вопросу.
– Это не идиотский вопрос. Вы молитесь завистливому богу, который совершенно не понимает шуток.
– Ты называешь это шутками? – Я уперла руки в бока.
У него хотя бы хватило приличия притвориться смущенным.
– Я не имел в виду себя и… То, что произошло в лагере, – другое. Ты не понимаешь.
У меня рот открылся. Значит, это я, дурочка, не понимала, что он был не в состоянии контролировать свои инстинкты. Я действительно глупая.
– Все в порядке? – Матео присоединился к нам в тот момент, когда я уже хотела выцарапать Кейдену его милые зеленые глазки.
– Конечно, – ответила я, хотя порядком тут и не пахло. – Разве у тебя сейчас не информатика?
– Вообще-то да. – Он придвинулся ближе ко мне, одновременно сверля взглядом Кейдена. – Мне показалось, тебе нужна помощь.
Я моргнула, потому что эти двое внезапно стали невероятно похожи друг на друга. Причем не внешне, а скорее языком тела и мимикой.
– Ей не нужна помощь, – ответил Кейден. – Она может за себя постоять.
Сказал парень, который постоянно диктовал мне, что можно делать, а что нет. Как же это тупо.
– Я на биологию. А вы тут ругайтесь дальше.
– Я тебя провожу, – вызвался Матео, и в глазах Кейдена вспыхнули опасные огоньки. Вот и славненько. Пусть хоть до посинения злится.
– Нет необходимости, – заспорил Кейден. – Нам с Джесс по пути.
– Иди к черту, – послала его. Отказывать Кейдену, глядя ему прямо в глаза, оказалось очень приятно. – Или к Джули. – Я подбородком указала на девушку, стоявшую в стороне и с обожанием взиравшую на Кейдена. Сегодня она казалась еще более хрупкой и потерянной.
IX. Записки Гермеса
Влюбленные голубки. Если это была не химия, тогда я даже не знаю что. Впрочем, Прометей в очередной раз повел себя как полный придурок. Этому пареньку срочно требовалась помощь в искусстве обольщения девушек. Даже ее встреча с Агрием не образумила его.
Но он хотя бы рассказал ей про богов теней.
Зато потом, конечно, все снова испортил.
– «Когда я приду в следующий раз, ты уже умрешь», – не совсем дословно передразнил я Кейдена перед Калхасом.
Низкий рык прокатился по моему саду.
– Ему уже ничего не поможет, как считаешь? Он все запорет. Упустит единственный шанс заполучить девушку, которую любит и которая тоже любит этого идиота. Ну почему? Не понимаю, как можно быть таким тупоголовым.
Калхас молча смотрел на меня своими волчьими глазами, и я отмахнулся.
– Я уже знаю, что ты скажешь. Все боги одинаково глупы. Но это неправда. У Прометея есть только одна попытка с Джесс. Зевс в следующий раз не позволит ему остаться в Монтерее, а когда мы вернемся через сотню лет, она будет мертва.
– Он не доверяет своим чувствам, – прорычал Калхас. – У вас, богов, вечно с этим проблемы.
* * *
Я решила больше не ждать. Я должна была поговорить с Робин, пусть нашу дружбу уже не вернуть, а сегодня у меня было подходящее настроение, чтобы не отступать, если она что-нибудь выкинет. Хотя бы один раз сказать ей, что она ведет себя ужасно, что нужно принимать во внимание чувства людей, которым она дорога́. Поэтому в среду после школы я направила свой велосипед в сторону дома Робин. Нужно поставить в этой истории точку, а для этого я должна поговорить с ней, причем спокойно и без свидетелей.
Особняк семьи Робин находился недалеко от центра и возвышался в центре участка земли, напоминающего городской парк. Тонкие колонны обрамляли блестящую белую деревянную дверь. Каждая деталь в этом доме была белой и помпезной. Раньше это никогда не бросалось мне в глаза. Я позвонила в дверь, и мне открыла их экономка Розали. Она на протяжении многих лет заботилась о семействе Ченнинг.
