– За мою будущую игрушку.
Он знал, что вернет ее. Эту странную, маленькую нун, так не похожую на тех, что были у него до нее. Теперь они все казались робкими серыми тенями по сравнению с ней. Прирожденные рабыни. Она же – гордая, яркая, непокорная – вызывала желание усмирить ее, покорить, научить послушанию. Он помнил, какой податливой она была в его руках, какой влажной. Помнил, как капли воды стекали по ее телу, как на щеках алел стыдливый румянец, и каким безумно сладким было ее дыхание. Помнил, как ее губы раскрывались для него, отдавая драгоценную сумру.
И он был уверен, она тоже его не забыла. А если забыла, то он напомнит, и теперь императорский перстень поможет ему.
Вэйна внимательно следила за принцем поверх бокала.
– Кажется, Ваше Высочество, эта нун всерьез вас заинтересовала, – произнесла она, констатируя очевидное.
Тяжелый предупреждающий взгляд заставил ее вжаться в спинку кресла.
– Вэйна, моя личная жизнь вне твоей компетенции. Лучше займись моим дедом, а то последнее время он стал проявлять лишний интерес к событиям в стране. Найди ему хорошеньких наложниц, да побольше, чтобы у него не осталось ни сил, ни времени на что-то еще.
– Вы же знаете, я делаю все, что могу, но император…
– Вэйна!
Внезапная волна гнева заставила Оритейла сжать бокал так, что побелели костяшки пальцев. Хрусталь лопнул, разваливаясь на куски, и между пальцев хлынуло вино, окрашивая белоснежный рукав в цвет крови. Мужчина выругался. Отбросил остатки стекла и вытер испачканную ладонь о салфетку, протянутую леиссой.
Вэйна уже поняла, что затронула опасную тему. Продолжать ее не хотелось, но принц Оритейл не из тех, с кем можно играть.
– Мой дед старая развалина, которая зажилась на этом свете, – процедил он, разглядывая мелкие порезы между пальцев, которые быстро затягивались. Синтар защищал своего владельца не только от магии и ядов, но и от любого членовредительства. – Но я не собираюсь ждать еще двести лет, пока он отправится в мир иной. Ксарт даже не представляет, какое сделал мне одолжение, прикончив отца. Одним конкурентом меньше. Теперь я единственный законный наследник, вся армия, вся знать высшей крови подчиняется мне. И так будет впредь. – Он усмехнулся и, глядя на Вэйну, с нажимом проговорил: – А император Калахан пусть развлекается с одалисками и ни о чем не тревожится. В его возрасте нервничать вредно.
– Все будет сделано, Ваше Высочество, – пробормотала леисса, опуская голову.
Они пришли пару часов спустя. Вэйна и два дарга, обступивших по бокам рослого старика в темном платье. Маг. Его Варя сразу узнала по особой сутане. Уже третий маг на ее веку. Пора делать зарубки.
– Вот, – Вэйна указала на пленницу. – Снимете метку – и вас сразу отправят назад.
Стиснув зубы и прожигая мага яростным взглядом, Варя позволила тому взять ее за меченую руку. Пальцы у мага оказались холодными и потными, было видно, что он нервничает. Под пристальным наблюдением Вэйны он достал из складок сутаны предмет, похожий на странный монокль. Небольшую стеклянную линзу в оправе из тусклого металла. Правда, линза была вогнутой внутрь с обеих сторон. Он закрепил ее на глазу и, нагнувшись, навел на клеймо. Варя тут же почувствовала легкое жжение, словно под кожей закопошились миллионы мурашек.
– Будет немного больно, – пробормотал маг, когда девушка, вздрогнув, вырвала руку.
– Держите ее, – Вэйна кивнула даргам.
Те словно только и ждали этот приказ. В один момент один из них навалился на девушку, удерживая ее на кровати, второй схватил за меченую ладонь, вывернул клеймом вверх и зафиксировал, не давая ни вырвать руку, ни изменить положение. Варя только зашипела сквозь зубы.
– Не вырывайся, – холодно предупредила леисса, глядя на пленницу, – только хуже себе сделаешь.
Варя уставилась на нее ненавидящим взглядом.
Между тем маг снова навел свой монокль. Через пару секунд легкое жжение начало увеличиваться, казалось, что кожу прожигает солнечный луч через увеличительное стекло. Боль усиливалась с каждым ударом сердца. Не выдержав, Варя начала вырываться, но дарги держали крепко. Сквозь сжатые зубы прорвался стон. Перед глазами все поплыло. Еще мгновение – и крупные, как горох, слезы покатились по щекам девушки.
– Все, – выдохнул маг, поднимаясь. – Клеймо я убрал, но у этой нун более глубокая связь с тем, кто ее пометил.
– Это тебя уже не касается, – Вэйна даже не глянула в его сторону. – Уведите его. Он свободен.
Она продолжала смотреть на пленницу. По ее знаку дарги отпустили девушку и та, прижав обожженную руку к губам, свернулась в комок. По ее щекам бежали молчаливые слезы.
– Боль скоро пройдет, – проговорила леисса, когда за даргами и магом захлопнулась дверь.
– Скоро? – Варя рассмеялась. – Вы мне руку сожгли до костей!
– Уверена? Посмотри.
