Потом известный комик исполнил свою новую интермедию, известный учёный поделился своими личными, отличающимися от официальной точки зрения соображениями в отношении возможных контактов с внеземными цивилизациями, а известный писатель рассказал о своих ближайших творческих планах и прочел наизусть наиболее удачный отрывок из нового романа.
— Ну, еще по бокалу бургундского — и на коней, господа, — сказал хозяин дома и повернулся к Женьке: — Попробуете, юноша? Рискнете? Вы, собственно, какие игры знаете? Что предпочитаете?
Женька опять усмехнулся и стал загибать пальцы:
— Девятка, Акулина, подкидной, очко и этот… забыл… по очень интересный.
— У!.. — разочарованно и с чувством снисходительного превосходства протянул хозяин. — Если бы не столь солидная рекомендация достопочтенного Вольдемара, Сонечка давным-давно указала бы вам на дверь, а может быть, и выкинула бы вслед вам на лестницу вашу шляпу. Но тем не менее попробуем. Лиха беда начало. Ловите свое счастье, благосклонное к новичкам и невеждам, делайте ставки.
Женька сел за стол, и ему вкратце объяснили правила игры, обещая помогать по ее ходу советами. Вальтер не играл; он пристроился рядом и, как опытный водитель новичка, направлял Женьку подсказками по извилистому и неожиданному пути. Он все время наклонялся к нему и то одобрительно кивал, то значительно цыкал и недовольно хмурил брови.
Вообще-то Женька побаивался карт и ждал, что все будут ловить его, новичка, попытаются воспользоваться его неопытностью и обдерут как липку да еще заставят играть в долг. Но ничего этого не было. Очень скоро он освоился, не заметил, как увлекся, и стал свободно пользоваться терминами игры, понимая их смысл и значение, сам уже записывал мелком, сам пользовался щеточкой и даже отваживался спорить, испытывая симпатию к своим партнерам за дружескую снисходительность и благодарность за помощь, не обижаясь на мягкое подшучивание над его неизбежными ошибками.
Женьке импонировал сам процесс игры, дающий возможность поразмышлять, накапливать информацию, анализировать ее и предугадывать ход противника; ему нравилось обмениваться с партнерами новыми словами, которые он перебирал, как ребенок только что подаренные игрушки, и старыми, ничего не значащими шутками, которые давали необходимый отдых голове и очищали ее для очередного решения. А когда он в конце концов еще и оказался при вполне приличном выигрыше, то не удержался и подмигнул хозяину дома. Его поздравили с дебютом, а известный ученый, поглаживая академическую бородку, даже похвалил:
— Азартен, батенька мой, азартен. Но для начала и принимая во внимание юный возраст — очень, очень неплохо…
Все это было приятно, но краешком сознания Женька все время видел себя со стороны, будто он на сцене играет какую-то роль и чем-то сам себе не правится — то ли собственным исполнением, то ли самой ролью, то ли своими партнерами.
Прощаясь, хозяин дома шепнул ему:
— В нашем кругу есть еще одно правило: не разглашать наших собраний, не хвастаться выигрышем и не жалеть о проигранном. — И уже громко, для всех: — И не ухаживать за Сонечкой.
Женька согласно кивнул, шутливо щелкнул, как поручик, каблуками и, галантно склонив голову, поцеловал Сонечке руку.
— Ты произвел недурное впечатление, — сказал Вальтер, пыхтя садясь в машину. — Но имей в виду, это только первые твои шаги на пути в свет. Правда, сделал ты их довольно успешно.
— Но и не один к десяти, — сказал Женька, — как вы обещали.
— Ну нахал! Скажи спасибо, что не продулся для начали в пух и прах. И вообще пойми — деньги в картах не главная цель, их можно достать и другим, более простым и эффективным способом, да и не одним. За что я люблю карты? Это прежде всего благородная игра ума, психологическая борьба. Это поединок, испытание силы духа, умение победить не столько противника, сколько самого себя, свои слабости. Карты дают мне возможность почувствовать мощь моего мозга, пустить в ход его скрытые и неистощимые резервы; я наслаждаюсь способностью свободно ориентироваться в тысячах возможных комбинаций, умением искать и предлагать контрмеры на каждый шаг, каждое движение противника, выявить слабые и сильные его стороны, разобраться в его психологии и, наконец, поставить его на колени, восторжествовать над ним. Если я посижу с человеком за одним роббером, я уже буду знать о нем все: каков он в деле, дома, с женщиной, как поведет себя в острой ситуации, на скамье подсудимых, при вынесении приговора. Вот как-то я с одним прокурором играл. А через некоторое время столкнулся с ним в одном процессе. Так я заранее знал, как он будет поддерживать обвинение, какую предпочтет стратегию и выберет тактику, на что сделает упор… И что ты думаешь? Правильно! Я выиграл, потому что построил защиту на слабостях своего оппонента, выявленных за карточным столом. Так что дерзай, Жека, — добавил Вальтер, вылезая из машины. — Я позвоню тебе.
Женька сделал попытку вернуть ему взятые для игры деньги, по Вальтер хлопнул дверцей.
