Вот чё приперлась сегодня? Осталась, поесть приготовила. Заботу проявила, небезразличие. И снова не знаешь — ждать её завтра или девицу опять переклинит?
Держит на поводке. Ни туда ни сюда. И клин клином не получается. Может, надо чаще и больше? Через «не хочу». Хе* разберёшь. Ещё и башка болит.
Интересно, домой-то добралась? Поздно уже, столько придурков ходит, а она — красавица. Утром первым делом надо доползти до мастерской, забрать сотовый и спросить у Ксюши, нормально ли всё.
С этими мыслями я погружаюсь в сон. Тягучий, зыбкий. Наполненный флешбэками, драками и ревностью.
Глава 25
Шесть утра. Я глаза открыл минут пять назад и лежу теперь в стену пялюсь. Темень за окном, темень в квартире. Время то быстро летит, то медленно тянется. Голова всё ещё тяжёлая, но уже крутит не так сильно, как накануне. День икс остался в прошлом.
Постепенно светает, стена окрашивается пятнами, а это значит, что девять скоро. Три часа лежу без дела, как мешок понятно с чем.
Я впервые, не помню за сколько времени, встаю так поздно. Мастерская с десяти работает, пока умоюсь, пока дойду... ничего не хочется. Если бы не беспокойство, так бы и лежал, тупил в одну точку.
Избили, конечно, в этом тоже причина. Но и цели больше нет. Когда она была — подрывался легко, во сколько бы ни лёг, что бы ни снилось. Мечта была, её видел чётко, за ней шёл. А теперь... Не могу сказать, что мне всё в жизни легко давалось, но и сложностей особых не испытывал.
Я брался, делал, и оно получалось. И в спорте, и в учёбе, и на работе. И в отношениях. Результат там, где фокус.
Почему-то всё резко изменилось. Теперь не получается ничего. И ничего не хочется. Апатия какая-то. Я раньше считал, её выдумали, чтобы оправдывать лень. Х*ево.
«Привет! Да, всё хорошо», — приходит от Ксюши сообщение.
Я спросил, всё ли в порядке. Телефон забрал, включил, написал сразу. У меня пунктик по этому поводу, долгая история. В общем, я должен знать, что, если девушка от меня ночью вышла — до дома добралась живой и здоровой.
Сейчас в магазин иду.
«Окей», — отвечаю. Собираюсь убрать мобильный в карман куртки, но он вновь пиликает.
«Денис, а ты как? Как себя чувствуешь? Скорую не вызывал? Ты дома?»
По имени меня называет теперь постоянно. Я ни фига не понимаю, как с ней вести себя.
«Нормально. Выспался, мир засиял».
«Ха-ха. Переживаю за тебя очень. Если хуже станет, ты звони сразу, ладно?»
Эти её «ладно» дурацкие. Через слово. Словно просит меня.
«Не нагнетай», — отвечаю.
Покупаю в магазине самое необходимое. Быстро. С такой физиономией лучше не светиться: охранник не случайно смотрит подозрительно. Ну и голова по-прежнему кружится. Прихожу домой, падаю на диван и разбираю почту. Столько пропущенных... Незаменимый я, блть, человек. Удивительно, как они все жили, пока я в армии был?
Даже от Ксюши есть несколько звонков и эсэмэс. Ренат прислал скрин их переписки — она волновалась. Надо же. Да пофиг уже.
Далее перезваниваю матери, успокаиваю, что всё в порядке.
Едва успеваю поесть, как звонит дядя Миша. Я имя его вижу на экране и сразу понимаю, почему настроение такое паскудное. Откуда злость, вялость. Лгать можно кому угодно, и даже себе. Только вот смысл?
Завалил отбор.
Времени было на подготовку — вагон и маленькая тележка. Целую жизнь к этому шёл. С первого класса, с первого дня посещения секции. Наверное, надо было не бросать бокс, а добиваться мастера. Наверное, стоило учиться усерднее, а не работать по ночам в барах. Где-то ошибся, принял неверное решение. Чего-то не хватило. В армии не дотянул? Да и эти недели, как пришёл, следовало бы провести продуктивнее. Сосредоточиться на своём будущем.
А я завалил. Мне даже не сказали ничего после, только «до свидания».
И дальше что? Да ни фига дальше. Пустота. Нужен новый план, да вот только мысли разбегаются, попробуй упорядочи более-менее.
Сейчас оглядываюсь назад и понимаю: режим нарушал и тренировки пропускал в угоду работе и личной жизни. Питался как попало. Неудивительно, что лёг.
Я сам причина своего отвратного настроения и всех своих неудач. На себя злюсь. Сижу и злюсь! Аж зубы скрипят. У отца получилось, а у меня нет. Не оправдал надежд. Хотя уверен был в себе. Что там сложного?
Нормативы сдал, после них сразу на ринг. Ни минуты на отдышаться. Первый бой помню чётко. Второй смутно. На третьем, в самом начале, пропустил удар, упал и выключился. Это мне рассказали потом уже. Я ни хера не помню.
Неудивительно, что Ксюха мужа каждый раз выбирает. Качаю головой. Чувствую, как уши гореть начинают от слепой ярости, ревности и раздражения на самого себя. Что же делать-то дальше? Куда двигаться? И денег хочется, и работу такую, чтобы уважать себя. И чтобы Ксюша... блть, опять у меня везде одна Ксюша!
Оглядываю квартиру, словно она может ответ дать. Она мне от отца досталась. Отчим хотел продать, когда мне лет пятнадцать было. Но мать, помню, не дала. Скандал такой был... Но это ладно. Квартира только моя, больше у папы наследников не было.
Подношу телефон к уху:
— Доброе утро, дядя Миша! — говорю я как ни в чём не бывало. Самому же сдохнуть хочется.
