Северус давно не видел ничего нового – штанишки он долгое время носил одни и те же, а все его кофты были перешитыми вещами его собственной матери, которая изо всех сил старалась сделать из своих старых кофт что-то подходящее для ребенка.
Северус не ожидал, что его сверстники могут быть такими злыми; он не думал, что его будут дразнить за все, что у него было. Насмешки стали настолько частыми его спутниками, что он вполне резонно искал одиночества и уединения, не желая проводить с подобными людьми свое время.
Он уставал не только от такого отношения и вечного недоедания и нищеты; ему причиняло боль чувство полного бессилия в собственной семье, неспособность как-то изменить происходящее – поэтому он и ждал начала обучения в Хогвартсе, как манны небесной.
Жизнь никогда не баловала Северуса; та сравнительно недолгая белая полоса в его жизни, окутанная нежным запахом лилий и озаренная светом рыжего солнца, закончилась слишком внезапно даже для него, хотя он и осознавал свою вину…
События после разрыва промелькнули перед ним так же быстро, как Хогвартс-экспресс, несущий учеников в мир магии.
Воспоминания о Пожирателях Смерти, Темном Лорде, и, конечно, смерти единственной любимой женщины были чересчур болезненны – болезненны настолько, что стерли краски мира, заставив Северуса облачиться в вечный траур, спрятать израненную душу за несколькими слоями плотной ткани. Они спровоцировали его построить вокруг себя стену, выставить щиты холодности и напускной строгости, заставили надеть маску тирана, чтобы скрыть боль, укрыть своего избитого внутреннего ребенка от ударов судьбы…
Северус смирился с тем, какое впечатление он производит на окружающих, научился не слышать шепот за спиной и со временем плотно запечатал возведенные вокруг себя стены.
Когда он услышал, что Гарри Поттер – сын ненавистного Джеймса Поттера, который издевался над ним в течение всего периода обучения в Хогвартсе – тоже приехал с другими первокурсниками, волна ненависти поднялась сперва в его душе; лишь обещание защищать сына Лили, данное Дамблдору, помогало ему справиться с этим.
Однако когда он увидел Гарри…
…словно болезненные стрелы одна за другой вонзились в его и без того растерзанное сердце.
Перед его глазами моментально всплыли картины его детства, и всплыли они тем ярче, чем отчаяннее и глубже он пытался спрятать их в глубинах памяти. Что бы он ни думал холодной, расчетливой головой, сердце и память оказывались хитрее и хранили каждый момент.
Северус несильно зажмурился, чтобы скрыть слезы.
Того, что ему пришлось пережить, он не пожелал бы и врагу.
Наблюдая за тем, как Гарри восторженно рассматривает внезапно появившиеся на столе угощения, а потом кладет себе в тарелку сразу всего, Снейп вспомнил самого себя, как сильно он поразился такому количеству вкусностей после длинного периода голода, и очередная воображаемая стрела вполне ощутимо пронзила его грудь.
- Это профессор Снейп, - шепнул Гарри Рон, обернувшись на мужчину. – Все говорят, он очень злой и несправедливый. Если что, имей в виду.
- Угу, - кивнул Гарри.
Он довольно часто сталкивался со злостью и несправедливостью в своей столь короткой жизни и мог совершенно точно сказать, что не видел их на лице профессора; зато он четко видел… нет, даже не видел – ощущал…
…боль.
Что-то внутри подсказывало ему, что с этим мужчиной стоит поговорить – он нутром чувствовал, что может узнать что-то важное, необходимое, а также… найти защиту? Помощь?
Семью?…
Гарри вздрогнул, когда мозг услужливо нарисовал ему эту картину.
И почему этот профессор, о котором Рон сказал такие слова, похожий на большого черного коршуна, вдруг вызвал в его голове подобные мысли?
От раздумий его отвлекли слова старосты о том, что как раз настала пора идти в гостиную Гриффиндора, и Гарри, вовлеченный в круговорот событий, окруженный интересующимися ребятами, покинул холл.
Снейп дождался, пока все уйдут, встал и мерным шагом направился прочь.
Ему стоило больших усилий держать себя в руках; он и не думал, что еще способен испытывать ярость такой глубины, что она жгла всю его сущность. Его глаза стали абсолютно черными, словно две пещеры, в которые никогда не проникал солнечный свет; руки непроизвольно сжимались в кулаки, и все тело мелко-мелко дрожало, хотя Северус и не замечал этого.
Не стуча, он открыл дверь в кабинет директора, и Дамблдор поднял голову.
- Да-да? Ах, Северус… Проходи скорее. Есть что обсудить?
Мужчина сдержал порыв выкрикнуть ему в лицо все, что он думал в тот момент, и вошел внутрь.
Дамблдор, ощутив молнии, витающие вокруг Северуса, ощутимо напрягся.
- Что-то не так?
Снейп выхватил палочку и запечатал заклинанием дверь.
- Нам нужно очень, очень серьезно поговорить, Альбус, - произнес он тоном, которым можно было бы заморозить пару небольших озер.
========== Совы ==========
Комментарий к Совы
уважаемые читатели!
мне очень приятно, что вы со мной - спасибо, что ждете моих новых глав!
простите за то, что они выходят не так часто, как, возможно, вам хотелось бы.