Многие годы жильцы тайно проводят собрания кондоминиума с единственной целью – уволить донну Эмму, но так ничего и не добились.
Доскональное знание ею трудового законодательства разрушает самые жестокие планы врагов.
Камнем преткновения стала явная несправедливость: в отличие от большинства консьержей, получивших квартиру по месту работы в качестве бонуса, донна Эмма владеет лишь тесным помещением, в котором проживает.
Никто не понимает, как можно жить в норе, где темно, как в бомбоубежище, и сыро. К тому же, по слухам, донна Эмма владеет большими участками земли в районе Ачерры[20] и могла бы позволить себе квартиру на последнем этаже с панорамным видом, где проживает нотариус Чеккарони.
Те из жильцов, кто осмеливались публично заявлять о намерении прогнать коварную донну Эмму, столкнулись с “могучей злой силой”.
Так со смехом говорит о ней нотариус Чеккарони с последнего этажа.
Злая сила, которую донна Эмма обращает против всякого, кто, так сказать, вставляет ей палки в колеса, по размерам поспорит с бескрайней ледяной пустыней.
Иногда синьора Менотти со вздохом так и говорит:
– Живущее в ней зло величиной с Россию.
– Она кровожадна, как белый медведь, – вторит синьоре Менотти ее сын, налоговый консультант.
Когда лед трескается, ситуация становится опасной.
К примеру, пятнадцать лет назад доктор Аурьемма неосторожно бросил ей в лицо: “Я добьюсь того, что вас уволят, донна Эмма! Потому что вы мерзавка и гадина!” – а нынче он влачит жалкое существование.
Когда его фирма по производству медицинских протезов разорилась, доктору потребовалось продать пятикомнатную квартиру на виа Мандзони. Так он получил бы наличные, а сам переехал бы в квартиру поменьше. Однако потенциальных покупателей умело вылавливала донна Эмма, заявляя:
– Хорошенько подумайте, прежде чем покупать квартиру доктора Аурьеммы. Говорят, там водятся жуткие призраки. Много лет назад в этой квартире пролилась кровь.
В результате доктор Аурьемма так и не сумел продать свою квартиру (между прочим, очень красивую). К тому же последние пять лет по ночам ему все время что-то мерещится.
Разумеется, он считает, что донна Эмма прибегает к каким-то трюкам, чтобы убедить его, будто в доме поселились призраки.
И он прав.
В три часа ночи, когда ее никто не видит, беспощадная консьержка горстями швыряет камушки в окна Аурьеммы. Иногда в пять утра, в тапочках, надетых на короткие голубые носки, она звонит ему в дверь и сразу же убегает.
Но больше всего его пугают глухие стоны донны Эммы, которые распространяются по канализационной трубе и долетают до квартиры Аурьеммы. Глубокой ночью, стоя на цыпочках в ванной комнате, Аурьемма трясется от первобытного страха.
Страшными ночами Аурьемма всегда думает об одном и том же:
“Почему я так и не женился?”
И с неохотой сам себе отвечает:
“Потому что мне не хотелось признавать, что я гомосексуал. Так меня воспитали”.
Донна Эмма никогда не снимает носки и тапочки. Это ее рабочая форма.
Донна Эмма не курит и никогда не курила. Зато печенье поглощает тоннами.
Нередко, придя домой, бедный Аурьемма обнаруживает разные предметы не на своем месте.
Однажды первого января, вернувшись с тоскливой и жалкой, как автомобили в Восточном Берлине, встречи Нового года, он увидел, что вся его одежда выложена на постель.
Он до того перепугался, что провел следующую ночь в гостинице.
Донна Эмма сумела сделать копию ключей от квартиры Аурьеммы.
Однажды, в незапамятные времена, он оставил ей ключи, когда вызывал сантехника.
Все жильцы совершают подобную ошибку. В мирное время они доверяют консьержу самое дорогое, не думая о том, что может наступить военное время. Им это даже в голову не приходит. Но донне Эмме известно, что скука вызывает усталость, а усталость – враждебность. Поэтому при первой же возможности она бежит делать копию всех ключей.
И на сей раз все дело в избытке свободного времени.
У донны Эммы его больше, чем у нас, и использует она его лучше.
– Какая чудесная и разнообразная жизнь у донны Эммы! – говорит со смехом нотариус Чеккарони родным у себя наверху.
Порой в окошко будки консьержа можно увидеть донну Эмму – суровую, погруженную в размышления, остекленевшие глаза упираются в стену. Знайте, что в такие мгновения она думает, какое это наслаждение – мучить ближнего.
Надейтесь только, что место ближнего уготовано не вам.
Консьерж, как и сторож в гараже, пытается чем-то занять свое время. А времени у него столько, что легко впасть в депрессию.
Когда придумываешь, как бы кому-нибудь напакостить, время течет быстрее.
Так и у донны Эммы дни пролетают весело и незаметно.
Она все думает, как испортить вам жизнь.
Гадина, что еще скажешь.
Сколько раз, запыхавшись, в спешке выбегая из дома, мы завидовали спокойствию консьержа, которому не нужно смотреть на часы?
Сколько раз мы думали с возмущением, почему он не тратит время на то, чтобы почитать книжку или сделать что-нибудь полезное?
Вопрос поставлен неправильно.
На самом деле консьерж, скрываясь под маской бездельника, с пользой тратит время.
Чтобы нас уничтожить.
