Небо будто разверзлось, на меня сверху посыпались резиновые куклы, которые истошно вопили «Мама!» и пытались угнаться за мной. Я бежала по мягкой траве, стараясь скрыться от этого бреда, но тут всё стало как в той сказке: чем упорнее и сильнее я бежала, тем медленнее двигалась с места. В конце концов, просто увязла, испуганно оглянулась назад и увидела целую армию пупсов, которые шли на меня, вытянув руки.
— Нет! Это не моё! Я не рожала!
— Правильно, вы же боялись, — добрая женщина сверху лучезарно улыбнулась. — Если не верите, давайте вернём вам живот. Так будет лучше?
Со странным звуком, будто мячик надувают, мой живот стал увеличиваться в размерах. Я смотрела на него и клялась, что никогда не буду есть тушёную курицу с грибами! Никогда.
Когда живот стал невероятных размеров, я почувствовала, что лопну. Прижав руки к лицу, истерично закричала, вторя армии пупсов:
— Мама!
Проснулась я вся в холодном поту. Дыша как загнанная лошадь, держалась за спинку дивана. В комнате горел свет, Руслан шумел где-то по соседству. Потрогав живот и убедившись, что всё на месте, чертыхнулась и потрясла головой: приснится же такое! Все страхи в голове перемешались. Наверное, мне нужно дольше спать. Иначе крыша моя уедет в тёплые края без меня.
Во рту всё пересохло, сердце колотилось как телячий хвост. Откинув плед, с трудом встала с дивана. Нашарила тапочки, сунула в них ноги и побрела в сторону кухни.
Первым делом умылась, потом жадно выпила кружку воды. Утёрла рот и тяжко выдохнула.
— Ты чего? Душ решила принять? Или облилась?
— Что? — ничего не поняв удивлённо посмотрела на Руслана. — Я просто выпила воды…
— Да? — Руслан застыл в дверном проёме. Сделав страшные глаза, он побледнел. — А почему у тебя тогда штаны мокрые?
— Мокрые? — откинула влажные волосы со лба и, прислонившись к столешнице, подняла ногу, чтобы рассмотреть штаны. — Мокрые…
В голове будто лампочка зажглась. Прикрыв рот руками, испуганно смотрела на Руслана. Кажется, дело не винегрете и не в курице.
— Только не говори, что это… Скажи, что это шутка, умоляю! Ты же у меня такая юмористка…
— Руслан, это оно самое! У меня воды отошли!
Машина застряла в каком-то сугробе. Мы стояли на обочине дороги посреди чёрного и очень страшного леса. Меня крутило и знобило, Руслан же, перепуганный насмерть, возился возле капота.
Всполошившись, мы толком не сообразили, что делать. У Руслана только одна мысль в голове: больница! Взяв документы, вещи, мы заскочили в машину и рванули в сторону города. Только вот метель к вечеру усилилась, и дороги напрочь занесло. Застряли мы в странном месте, в котором даже сеть не ловила. И чего мы из дома не позвонили?
Руслан хлопнул дверцей и сел за руль. Обернувшись ко мне, покачал головой:
— Заглохла. Намертво.
— И что теперь делать? — лёжа на заднем сиденье, прислушивалась к странным ощущениям. Будто кто колол меня, и внутри всё сокращалось. — Руслан, у меня, кажется, схватки. Я не знаю, они ли это, но очень похоже… Руслан, я не хочу рожать в машине! — испуганно захныкала.
— Я сделал всё, что мог! — мой муж в гневе ударил по рулю.
— Далеко до жилья? Или… или может пост ДПС? Железная дорога с переездом? Что, неужели тут ничего нет.
— Ничегошеньки, — Руслан мотнул головой. — У меня есть два варианта. Первый: я толкаю машину, но надолго этого варианта не хватит. Второй: я ухожу дальше по дороге, пытаюсь найти сеть или поймать попутку.
— Мне не нравятся оба варианта, — облизала пересохшие губы.
— Тогда будешь рожать тут! Это третий вариант!
— Мне все три не нравятся! — захныкала ещё громче.
Выбора не было. Никакого. Мы наворотили по глупости такого, что сами не рады. Теперь же нужно было как-то выкручиваться.
— Ладно, — поморщившись от очередного странного ощущения в животе, дала добро. — Иди и лови попутку. Или сеть. Что-нибудь! Только быстрее, прошу, Руслан! Или твоя Людмила будет рожать в гордом одиночестве.
В машине ещё было тепло, но скоро станет холодно. Руслан накрыл меня курткой и одеялом, в котором я и выбежала из дома. Лёжа на боку, я прижималась поясницей к спинке сиденья и вспоминала всё, что знала о родах.
Руслан выскочил наружу и быстро скрылся в сгущающихся сумерках.
Так, что там говорили? Дышать. Я вот дышу, стараюсь не волноваться и дышать. А ещё нужно считать схватки: чем они чаще, тем ближе роды. Пока они были редкими.
Накрывшись по самый нос, упорно считала: раз карасик, два карасик, три карасик.
Малышка, ты выбрала не очень удачный момент, чтобы появиться на свет!
Карасики начали сокращаться. Сначала я откидывала по парочке, потом и того больше. Время ползло со скоростью улитки.
Руслан не появлялся. Мне становилось не только холодно, но и страшно.
Дверца машины хлопнула так, что всё ходуном заходило. Потирая замёрзшие нос и щёки, Руслан светился как лампочка на ёлке:
— Я дозвонился! К нам должен приехать машина с ближайшего поста ДПС, может, если успеет, скорая. Но ты сама знаешь, как они в такую глухомань ездят…
