Мой новый босс та ещё заноза. Он отчего-то с первого взгляда возненавидел меня и стал всячески показывать это. Вот только работу мне терять нельзя, поэтому я решила принять правила его игры. Но каково же было моё удивление, когда я узнала, что он именно тот человек, который год назад подписал смертельный приговор своему умирающему ребёнку, и отдал его сердце, чтобы спасти мою дочь! Самое время бежать от него подальше, но я чувствую, что он не отпустит, потому что у нас, как оказалось, слишком много общего…
Пролог
Сидя у кровати своей малышки, я держала её за руку и рыдала. Она медленно покидала этот мир. А я просто сидела и понимала, что оказалась в ловушке… Плохая я мать, если смотрела на то, как последние гаснущие огоньки жизни покидали её, и ничего не могла поделать с этим. Я бы отдала дочери своё сердце, если бы была такая возможность, но донор должен хотя бы примерно подходить по возрасту. Сколько слёз уже было пролито? Сколько порогов фондов, собирающих средства на лечение детей, обито? Все они отослали меня подальше! Пересадка сердца — слишком дорогое удовольствие. Я прекрасно знала, что до нас дойти очередь не успеет. Поглаживая спящую Вику по головке, я плакала и пела её любимую колыбельную. Моя жизнь должна была закончиться вместе с её. Сложно даже представить, как пережить это самое страшное испытание.
Моя маленькая девочка…
Моя принцесса…
Аппараты жизнеобеспечения начали пищать, пугая меня, заставляя вздрогнуть и начать смотреть по сторонам в панике. Воздуха стало катастрофически мало, словно его одним ударом вышибли из лёгких. Меня затошнило, а перед глазами поплыло всё! Только не сейчас! Только не моя девочка! Я не готова расставаться!
Боги!
Я взмолилась, чтобы Бог сохранил жизнь моей малышки, если он существовал и видел наши страдания. Только на него была вся надежда.
Конечно, я уже знала, что нужно делать, и сразу же побежала за медсестрой. Пока я не готова расставаться с дочерью! Никогда не буду готова к такому. В висках с силой застучало. Голова пошла кругом. Я молила медсестру помочь, а она с жалостью смотрела на меня, словно уже всё кончено. Мимо меня буквально пролетели врачи с каталкой, на которой лежал маленький мальчик. Слёзы ручьями потекли по щекам, и я увидела, как санитары удерживают рыдающего отца, кричащего, что он не может потерять сына. Он хрипел, пытался раскидать их и броситься за своим ребёнком, но они оказались сильнее.
Сердце рухнуло в пятки, и я задохнулась от собственной горечи и беспомощности. Какое-то время я просто стояла и не решалась войти в палату, чтобы узнать, что случилось с Викой. Я просто стояла, обхватив себя руками, и плакала, а потом поняла, что должна быть рядом, если это её последние минуты жизни. Мне следует стать сильнее ради неё, ради дочери, ставшей единственной отрадой в беспробудной пелене серых будней.
— Всего лишь сбой аппаратов! — сказала медсестра, увидев меня, и я стала рыдать ещё сильнее, медленно скатываясь по стене.
Ощутив прикосновение тёплых рук к своим плечам, я подняла взгляд.
Денис.
Кардиолог-хирург, на учёте у которого стояла моя девочка. Наверное, нам повезло, что лечащим врачом Вики оказался именно он, и он боролся за её жизнь, хоть и понимал, что шансы слишком малы. Их нет, если быть до конца откровенной…
Поднявшись на ноги, я тут же утонула в его объятиях и стала рыдать.
Мне некому даже выплакаться, ведь в этом мире я осталась совсем одна. У меня никого нет кроме Вики.
И Дениса…
Наверное…
С Денисом мы дружили со школьной скамьи, пожалуй, он один родной человек, который может поддержать и понять мою боль.
— Мы точно не можем сделать какую-то операцию? — спросила я, стискивая пальцами халат мужчины.
— Валь, если бы это можно было сделать, то я уже давно добился бы квоты для Вики. Нужна пересадка. Без этого никак.
Я стала беззвучно плакать, уткнувшись носом в плечо мужчины.
— Прости, я должен идти. Мне нужно переговорить с отцом пациента, которого привезли не так давно! Вечером мы с тобой выпьем чай в буфете и обсудим всё. Ладно?
Я кивнула.
Отлично понимая, что Денис не может нянчиться со мной, и у него есть множество других пациентов, я отстранилась и опустила голову. Мужчина ушёл, оставляя нас с дочерью наедине.
Я вытерла слёзы и вернулась к кровати дочери.
Как же больно, как тяжело и несправедливо всё в этом мире.
Присев на стул, я стала смотреть на свою маленькую принцессу. Она открыла глаза, но не улыбнулась. Даже на это у моей маленькой девочки не было сил. Вика несколько раз моргнула, а затем снова закрыла глаза, а я как обезумевшая стала следить за её дыханием.
Дышит.
Уже легче.
Я стала сверлить дочь взглядом, и с каждым новым вздохом, который она делала, я ощущала облегчение.
Пошатнувшись от усталости, я почувствовала, как снова меня начали накрывать панические атаки, но тут же стала старательно переключиться на что-то другое.
Всё будет хорошо.
Чудеса случаются у всех.
Быть может, и у нас с Викой случится маленькое чудо?
Не знаю, сколько времени я просидела вот так, наблюдая за своей девочкой, считая минуты, которые были у нас, но в палату вошёл Денис.
— Валюша, у меня есть новости!
Сердце оборвалось, а я обернулась в сторону мужчины и вперила в него пристальный взгляд.
— Надеюсь, хорошие? — осторожно поинтересовалась я и подскочила на ноги.
— Сейчас Вику заберут в реанимацию. Мы будем проводить операцию. Появился донор.
Я прикрыла рот руками, только бы не закричать. Слёзы снова брызнули из глаз.
Появился донор.
