— Это все она, — истерично плакал Разноглазый. — Я даже не предполагал, что она так сделает!
Женщина презрительно молчала.
— Почему не вернул дискету в России? — спросил Ивлиев.
— Боялся, — всхлипывая, ответил мужчина. — Тот мог нажаловаться. Не убили же мы его. Не нужны мне эти файлы, вон они, возьмите. — Он показал рукой на стоящий рядом ноутбук. — Дискета в дисководе.
— А деньги где? — В Ефиме проснулся бизнесмен. Может, не зря страдал?
— Украли. — Мужчина произнес это так отрешенно, что Береславский поверил. — Там же, в Швейцарии.
— А ты думал, только у нас жулики? — захохотал довольный Ивлиев. Он, похоже, тоже поверил. Опыт у него немалый. А о деньгах старый не переживал: об этом заботился Ефим и его нынешние хозяева.
— Я потому и вернулся, — уже спокойнее сказал Разноглазый. — Жизнь там дорогая. А здесь кое-что оставалось. Мелочи, конечно, — торопливо поправился он.
Женщина за это время не произнесла ни слова, только зло посматривала на дуло ивлиевского пистолета.
— Вот что, Ефим, — сказал Ивлиев. — Сними копию и уничтожь память. Это можно?
— Легко. Расформатирую винчестер и привет.
— Вот-вот. Форматируй, а потом в печь бросим. — Подполковник находил старые методы, может быть, менее элегантными, но не менее надежными. — И еще. Не вздумай делать две копии. Только одну дискету, понял? Уж в этом я разбираюсь.
— Ладно, — покорно согласился Береславский. — Одну так одну.
Он сделал все, как велел Ивлиев и под строгим его присмотром. После того как ноутбук и оставшиеся дискеты были брошены в камин, дед сразу успокоился и занялся тем, что было для него на данный момент главным: связыванием найденной супружеской четы. Лишь после этого он забрал у Ефима дискету с данными.
Черную «БМВ», — а она все-таки была черной и «БМВ», — они увидели издалека, примерно за километр. Преследователи съезжали с шоссе на большак, пересекавший убранное поле и ведущий к Николаевке. Хуже было другое: за «БМВ» вплотную присоседился джип «Паджеро», и было очевидно, что они идут боевой парой.
Дед принял решение мгновенно. Он развернулся, поднял рычажок и раскрыл двери.
— А ну, вылезайте! — заорал Ивлиев пленникам. Ефим притормозил. Они, подгоняемые огромным пистолетом подполковника, неловко выбрались из машины.
Василий Федорович еще раз перегнулся назад и закрыл за ними дверь.
— Теперь — только вперед!
Ефима тоже разобрал азарт. «Ауди» рванула вперед, а «БМВ», в отличие от продолжавшего движение «Паджеро», наоборот, остановилась, и оттуда выскочили трое. Они явно были вооружены.
Теперь все решала скорость. Не так-то просто попасть в железяку, пролетающую даже на неровной гравийной дорожке за секунду более полусотни метров!
— Открой свою дырку! — заорал Ивлиев. Ефим не сразу понял, что речь идет о люке. — И дай мне свой пистолет!
«Вот же старый черт! Все знает ЧК!» — Береславский молча протянул ему «Глок».
— Урр-рра-аа-а!!! — заорал спецназовец, и на сближении открыл огонь из двух пистолетов. Огневой контакт длился секунды три. Может — пять. Гильзы железным дождем грохотали по крыше «Ауди».
Ефим не сразу сообразил, что они уже прорвались. И что лобового стекла на его машине больше нет. «Шестьсот баксов», — машинально отметил он. Но, главное — если бы не очки, не мог бы вести машину.
Он посмотрел в зеркало. «БМВ» живописно горела, а джип, подобрав недавних ивлиевских пленников и экипаж «БМВ», разворачивался вслед за ними.
— Понял, как надо работать? — орал Ивлиев. — Ты небось уже маму звал!
Это было неправдой. Испугаться Ефим попросту не успел. Но спорить не хотелось.
— Давай в Феодосию, — скомандовал Ивлиев. За 36 оставшихся до Феодосии километров они здорово оторвались от менее быстроходного джипа.
— Все. Расходимся, — сказал уже в городе Ивлиев. — Ты дальше не играешь. Пистолет я тебе отдаю, однако думаю, ты теперь вообще уже никого не интересуешь. Но без нужды не светись. Зайди в любой пансионат. Отдохни недельку.
— По моему паспорту? А если они меня будут искать?
— Не жужжи! Во-первых, тебя никто не будет искать. Они теперь будут искать меня. Во-вторых, вот твой паспорт! — С первой страницы на Ефима смотрело его лицо, но фамилия была — Джапаридзе! И вот тебе телефон! — Он протянул листок бумаги с цифрами. — Если прижмет — позвони, тебе помогут. И брось свой драндулет. Другой купишь. — Старик, выдав все ценные указания, бодрой рысцой побежал к домам.
Береславский остался один и в полной растерянности. Он никак не ожидал такого развития событий.
В городе Феодосии было сыро и холодно. В машине с выбитым лобовым стеклом, соответственно, так же. Вместо солнца на небе была какая-то серая хрень — любимое выражение Марины Ивановны.
Внезапно остро захотелось к себе в кабинет. Подальше от приключений. Чтоб с включенным обогревателем. И чтоб Марина Ивановна принесла чай. С пирожным.
Ефиму стало себя жалко. Но просто сидеть в машине было холодно. И, не дай бог, джип окажется шустрее, чем хотелось бы. Правда, в городе, пусть и небольшом, сразу его все равно не найти.
