Он смотрит на меня, медленно оглядывает мое тело, затем переводит взгляд на мое лицо и хмурит брови.
— Ты плакала, — констатирует он.
— Ничего себе, — шиплю я, бросаясь к комоду. Я вытаскиваю единственную пару шорт и камисоль4. —Ты наблюдателен. Поздравляю.
— Почему,
— Почему, что? — я возвращаюсь в ванную, чтобы переодеться.
— Почему ты плачешь?
— Ты действительно спрашиваешь об этом, Габриэль?
Он качает головой в движении, которое кричит о хищнике, оно звериное, принадлежащее скорее зверю, чем человеку, тому, кто не имеет представления о том, какой должна быть нормальная жизнь.
— Да.
Я качаю головой и отказываюсь отвечать, вместо этого запираясь в ванной, чтобы переодеться. Мое отражение смотрит на меня. Как это могло случиться?
Я должна была уйти в тот момент, когда узнала о существовании Линкольна внутри меня, я должна была уехать тогда.
Порезы на запястьях зарубцевались, немного покраснели, но, конечно, на церемонии никто не видел этих ран, их закрывали рукава моего платья. И, конечно, теперь у меня была новая отметина. Боль была не слишком сильной, и я была уверена, что это благодаря уколу, который сделал мне Девон.
Выйдя из ванной, я обнаружила, что Габриэль все еще ждет, хотя и смотрит на моего сына.
— Знаешь, — пробормотал мужчина. — Он очень похож на Лукаса в этом возрасте, но у него твой нос.
Я игнорирую его заявление, бормоча: —Я устала, Габриэль.
— Тебе нужна одежда, — он окидывает взглядом мои ноги. — Я организую для тебя машину на завтра.
Я киваю, соглашаясь, и он поднимается с кровати, делая несколько шагов ко мне. Я быстро отступаю назад, ударяясь позвоночником о комод.
— Ты не должна меня ненавидеть, Амелия.
— Нет, должна.
Он смотрит мне в лицо и тихо говорит: —Посмотрим.
Глава 13
Телефон звонит, когда за мной закрывается дверь.
— Слушаю, — отвечаю я, поднося трубку к уху.
— Ты нужен на пристани.
— У меня нет на это времени, Атлас, — рычу я. — Мне нужно разгребать гребаную бойню.
— Что случилось!? — требует он.
— На дом напали сразу после церемонии, семеро убитых, четверо раненых, — сыплю я цифрами.
— Ашер!?
— В порядке.
Он шумно вздыхает.
— Что происходит на пристани? — молчание. — Атлас, — приказываю я.
— На ваш груз напали до того, как он причалил, судно подверглось налету, а команда была убита. До полудня никто не проникал на судно, но все пропало.
— Что значит "пропало"?
— Исчезло, Габриэль. Все.
— Как!? — мой голос прогремел. — Это же товар на три миллиона долларов, Атлас! Как кто-то может забрать все это!?
— Я не знаю, брат, мы сейчас пытаемся все это выяснить.
— Я уже еду.
Я вешаю трубку, гнев нарастает так быстро, что я слышу, как кровь стучит у меня в ушах. Я с ревом отбрасываю телефон, аппарат ударяется о стену, разбивает экран и падает на пол. Дверь позади меня распахивается.
— Что происходит! — она в панике.
— Иди в свою комнату, Амелия, — предупреждаю я.
— Габриэль, — хмурится она. — Что случилось?
— Вернись в свою комнату! кричу я.
Она отступает назад, глаза расширяются от страха. Когда она оказывается достаточно далеко, я берусь за ручку и захлопываю дверь, запирая ее на ключ, а затем быстро поднимаюсь по лестнице.
— Я хочу, чтобы двое мужчин постоянно находились у ее комнаты, — приказываю я, как только оказываюсь в фойе, в ответ они смотрят на меня в ступоре. — Сейчас же!
Двое мужчин вскакивают и направляются наверх.
— Девон, Ашер, за мной.
Они подходят и следуют за мной, пока я выхожу на улицу, где светит солнце.
— Что случилось? — спрашивает Девон.
— Кто-то, блядь, предал нас, — прорычал я. — И когда я, блять, найду его, я разорву его на части.
***
На полу лежал ряд белых мешков, судно, стоявшее на якоре, было заполнено полицейскими и моими людьми. Люди в мешках были мертвы уже сутки, но при такой жаре можно было подумать, что прошла неделя. Это была вонь, с которой я был знаком, но к которой никак не мог привыкнуть.
Ко мне направляется начальник полиции с досье и USB-накопителем в руках.
— Судовые камеры засекли катер, следовавший за ними около часа ночи. Они напали на катер и высадились на него чуть позже трех часов утра.
— Так как же они сюда попали?
— Все есть на видео.
— Имена?
— Ни одного.
Мои зубы болезненно скрежещут. Впереди меня Атлас разговаривает со своим братом, рядом Девон — с офицером. За ними судно покачивается на воде, мои контейнеры открыты и пусты. Невозможно было очистить все это за несколько часов.
Мои враги были дерзкими, но это? Кто-то изнутри должен был сообщить эту информацию, дать им координаты и номера контейнеров, чтобы они могли нанести такой точный удар.
Я беру вещи и несу их обратно в машину, сажусь на переднее сиденье и достаю ноутбук. Сразу же открываются файлы с диска, и я нажимаю на видео, наблюдая за тем, как нападают на мою гребаную собственность. У людей на судне не было ни единого шанса против небольшой армии, высадившейся на палубу. В течение пяти минут темноту пронизывают яркие вспышки выстрелов, прежде чем все снова погружается во мрак. Но если все погибли, то кто же доставил судно к пристани?