— Идти ночью еще хуже, — возразил Дженве. — Дождемся утра. — Он накинул на плечи брата меховое одеяло. — Тебе надо поесть, Ловкач.
— Мне не хочется, — вяло отозвался Ллойву. Дженве осторожно стянул окуляры с носа брата и забрал из слабых пальцев стило и книгу.
— Надо, — твердо сказал он, убирая все сокровища в вещевой мешок. Проверил мешок беглеца. Вся провизия была, по всему, отдана кроду. Вещи теперь составляли только спальник и немногие личные пожитки. Дженве поставил котелок на огонь.
— Сейчас все будет.
— Не надо утруждать себя, — запротестовал Ллойву, кутаясь в сухой спальник. — Я не голоден. Просто устал…
— Ты просто бредишь, — констатировал Дженве. — Как давно у тебя жар?
Ллойву не ответил, лег у костра, завернувшись в одеяло. Джарий опасливо тоже присел к костру.
— Ты знал, что фамилия Лир потеряла одну букву? — горячо пробормотал Ллойву. Дженве снисходительно покивал. — Раньше её писали Лиер. Но после того, как упростили алфавит, буква пропала. Ушла… «Лиер» на илои означает «твердь». Мы должны быть твёрдыми, Джев…
— Это все, о чем ты можешь думать? — уточнил Дженве. — А, Ловкач?
— Не знаю, ты прав, когда я закрываю глаза, меня мутит… Надо поспать…
— Не даром дурная слава ходит про это место! — Прошептал Джарий.
— Место, как место, — Дженве пожал плечами. — Просто у него жар. Удивляюсь, как он здесь не умер.
— Кто?
— Ллойву. Холод собачий, — Дженве вздрогнул.
— Костер, — кивнул Джарий.
— Ллойву ни в жизнь не пойдет за дровами! — Усмехнулся Дженве. — Скорее дождется, пока дрова придут сами. Да и где их тут взять? Не принесли же они их с собой!
— Это невозможно, — рассмеялся Джарий.
— То то и оно, — кивнул Дженве.
— Твой брат… — начал осторожно Джарий. — Он часто подвергает свою жизнь опасности?
— Постоянно, — вздохнул Дженве.
— Зачем ты позволяешь ему это?
Дженве задумался.
— Иногда мне кажется, что он хочет даказать нам, что может идти наравне со всеми. Знаешь, отец с детства внушал ему, что он неполноценный илой.
— Почему? — Удивился Джарий.
— Из-за сердца. У него слабое сердце. Но это единственный изъян, — Дженве скользнул взглядом по завернувшейся в меховое одяело фигуре. — Из-за этого он все время оказывается на пределе своих возможностей. А после того, как окажется у предела, делает еще шаг. Здесь я бы хотел брать с него пример.
— Ты — старший из вас?
— Да, но только по времени, — рассмеялся Дженве. — Старшим по духу у нас всегда был Ллойву.
Джарий помолчал, обдумывая слова собеседника.
— Я бы хотел быть похожим на деда, — наконец, сказал он. — Доенвальд отнял у него все, и едва не лишил жизни его и его семью. Но он нашел в себе силы снова встать на ноги.
Дженве похлопал Джария по плечу.
— Ищи свою силу внутри, ты станешь достойным потомком своего деда.
— Я бы хотел, но где взять столько твердости? Как мне защитить Вимлин? Или Висметию? Мели? Я словно играю с многоголовым змеем, — вздохнул Джарий. — Мой дед не побоялся пойти против, но у него было много друзей. Сейчас каждый сам за себя, и я не уверен, что нас не выдадут свои же.
— Господин Лиер придет в себя и мы посоветуемся с ним, — успокоил Джария Дженве. — Наверняка, есть выход.
— Признать власть тьярда, вот выход, ибо бороться с ним у нас нет сил, и нет твердости.
— Ллойву найдет этот выход, не сомневайся.
Котелок зашипел и Дженве занялся приготовлением ужина.
Ночь, не смотря на опасения опального тана, прошла спокойно. Лишь Дженве с трудом сдерживался, чтобы не разбудить брата, растрясти его как следует, заставить поесть, и поклясться, что больше он так с собой поступать не будет. Но Дженве держался. Большую часть ночи он просто смотрел на костер, иногда переводя взгляд на вздрагивающий от холода спальник брата. Ллойву била дрожь, но и она не могла разбудить его. Дженве опасался, что они теряют время. Едва забрезжил рассвет, он разбудил Джария, и растряс брата.
— Вот, Ловкач. Еда, — он поставил перед Ллойву теплый котелок с варевом. Тот с отвращением посмотрел на предложенное.
— Надо поесть, — с нажимом сказал Дженве. Вручил брату ложку, а сам начал собирать вещи в дорогу. Джарий быстро упаковал то немногое, что понадобилось ему предыдущим вечером и, уже собранный, ждал у входа.
Ллойву вяло поковырялся в похлебке, заставив себя проглотить пару ложек.
— Вставай, — Дженве поднял его за плечи. — Можешь ехать?
— Да, — Дженве отметил себе, как Ллойву тяжело забирается в седло. Собрал все, что осталось, и повел свой отряд наружу. Ластва со стрекотом приветствовала скорый отъезд.
Погода обещала быть и оставаться солнечной. Яркие лучи, отражаясь от снега, слепили глаза. Дженве окинул взглядом склон, простирающийся перед ними. Где-то на грани видимости, на самом горизонте, далеко виднелся знакомый по рисунку силуэт башни. Его никогда не увидеть, если не знать, что искать. Ллойву оказался прав. По крайней мере, башня существует, и это не результат его галюцинаций. Это радует, все не так плохо. Стряхнув с себя эти мысли, Дженве окунулся в текущие заботы. Необходимо как можно быстрее спуститься, чтобы Ллойву мог оказаться в тепле.
