– История того, как объект попал к нам в руки, полностью передана в Совет.
На это аграф лишь отмахнулся.
– Ваш рапорт, больше похожий на детективное расследование, я только что просмотрел, и он меня не интересует.
После чего Классий подошел на пару шагов ближе к Крысолову.
– Скажите, – и он указал на лежащее в медкомплексе тело, – вы проверили, сколько модификаций оно претерпело до того, как попасть к нам? Вы уверены, что только одну, ту, о которой упомянуто в отчете.
– О чем вы? – теперь Крысолов действительно не понимал, что ему хочет сказать аграф.
– Я говорю, что это… – и представитель Совета кивнул в сторону медбокса, – кто угодно, но только не человек. И только какая-то из возможных предыдущих модификаций, и не известно, сколько он их претерпел, преобразовала его в хумана. Ну, а кем был объект до этого, точно мы сказать уже не сможем. Хотя и попытаемся это выяснить.
После этого аграф уже гораздо более задумчиво добавил:
– И, похоже, ваша гипотеза насчет того, что кто-то пытался добраться до Рокены или его секретов и устранить его вместе с ними, подтвердилась. Он это сделал. И вполне успешно. Ни того, ни другого у нас нет.
После чего уже стальные буравчики глаз, казалось, ворвались в сознание капитана линкора.
– И предателя теперь мы будем искать вместе…
И только он хотел добавить еще что-то, как неожиданно сработала сигнализация медицинского комплекса.
– Что происходит? – обратился аграф к своему помощнику, который сейчас находился ближе всех к индикационной панели.
– Регистрирую процесс экспоненциального роста и создания нейронных связей в структуре мозга объекта…
– Регистрирую стремительную дестабилизацию его структуры…
– Регистрирую множественное перестроение сегментов мозга…
– Регистрирую появление новых сегментов…
– Регистрирую значительное уплотнение и усложнение структуры мозга объекта…
И глядя в сторону аграфа, а также стоящего позади него капитана, помощник с расстановкой произносит:
– Это не новый этап адаптации, которого мы ожидали, это новый этап эволюции нейросети. Она продолжает развиваться и выстраивает какую-то собственную структуру. В полученных материалах подобной информации не было. – Только помощник Классия это сказал, как вновь сработал зуммер медицинского комплекса.
– Что там? – уточнил у него аграф.
– Регистрирую активацию каналов протекания ментальной энергии и их дублирование по всей поверхности ментального поля объекта.
За всеми этими разговорами и странностями, которые случились тут за последнее время, они забыли о том, что вообще-то процесс, связанный с нейросетью, еще не завершен.
– Тарк, – выругался аграф, – началось. Это последний этап инициации процесса активации нейросети, который, похоже, не то что не был пройден ни разу, но к его запуску даже близко никто не подходил.
И он посмотрел на Крысолова.
– Что же они там такое раскопали? – этот вопрос не требовал ответа, так как ни у кого его не было.
Вдруг раздался пронзительный писк зуммера.
– Активируй стазис-поле… – даже не разбираясь в происходящем, быстро среагировал помощник аграфа, обращаясь к одному из ассистентов, который стоял как раз у нужного пульта.
Только вот было поздно. Сначала отключилась электроника самого медицинского комплекса, потом погасло освещение в медицинском отсеке.
Люди, находящиеся в медицинском отсеке, оцепенели, казалось, что сама жизнь покидает их тела.
Вот валятся первые иссушенные мумии.
Между тем линкор постепенно превращается в корабль-призрак. Отсек за отсеком гаснет освещение на огромном корабле.
Как волна, тьма расползается вокруг, где вслед за наступающей мглой идет и старуха с косой. Только вот никакой косы не было.
И в центре этого шара тьмы находится маленькая медицинская капсула. А в ней лежит бесчувственное тело молодого парня, которое неожиданно шевельнулось.
И послышался длинный протяжный вздох.
Дольше всех сопротивлялся странному воздействию Крысолов, который по какому-то наитию активировал энергетический щит. Он один видел тот ореол тьмы, что окружил тело в капсуле. Он один видел, как тело неожиданно дернулось, будто его скрутил внезапный приступ нестерпимой боли. Он один видел, как тело полностью поглотила тьма.
И последнее, что он видел, это яркую вспышку света, в которой внезапно растворилось проявившееся из тьмы тело неизвестного молодого хумана.
С этой последней вспышкой остатки сил и энергии покинули последнее живое существо на одиноком линкоре. Мумия Крысолова с тихим шорохом завалилась на пол.
А огромные просторы космоса стал бороздить мертвый корабль-призрак, пропажу которого заметят еще не скоро.
