Я знал, что так получится. Ноги гудят, концентрации ноль. Мы одурманены и поглощены друг другом. Это точно наш последний заезд на сегодня. Но как я мог ей отказать и не услышать этот радостный смех, не увидеть этих раскрасневшихся щёк и горящих глаз?
Вечером, промокшие и довольные, греемся глинтвейном на террасе ресторанчика. Яна закуталась в плед, на её ресницах ещё блестят снежинки.
— О чём ты мечтаешь? — спрашиваю, притягивая её ближе.
— Хочу спроектировать свой собственный дом. Знаешь, такой… с характером. С большими панорамными окнами и вторым светом в гостиной. Чтобы солнце заливало все комнаты. И обязательно с террасой, как эта… — она закрывает глаза, будто представляя это потрясающее место, и мечтательно улыбается.
— Продолжай, — шепчу, целуя её в висок.
— В центре будет камин, будет много пространства, а на террасе большой стол, чтобы там можно было встречать закаты и провожать уходящий день, любоваться видом и просто дышать, просто жить, зная, что именно это и есть дом, — её глаза сияют, когда она описывает детали. Любуюсь своей девочкой, такая нежная, хрупкая. Больше никогда не позволю ей испытать боль. Она больше никогда не будет чувствовать себя одинокой или незащищённой.
— А ты? О чём мечтаешь? — задирает голову, заглядывая мне в глаза.
— Скоро узнаешь, — улыбаюсь и сразу же целую, уже без предисловий.
Три месяца спустя
Солнце слепит глаза, весна в самом разгаре. Паркуюсь у крыльца университета. Мне нечего здесь делать — лекций нет, диплом пишется. Но, меня тянет сюда как магнитом. Даже и не сюда вовсе, а к конкретному человеку. К ней. К моей Янке.
Замечаю Вику, выходящую из своей новенькой машины. Она улыбается и машет мне рукой, в ответ просто киваю и отвожу взгляд. Мне не о чем с ней говорить. Во время нашего последнего диалога я вполне культурно, но доходчиво, попросил оставить меня и мою личную жизнь в покое. Некоторые мосты лучше сжигать дотла.
Достаю телефон и пишу своей девочке, что жду её внизу. Для Яны это неожиданность, она не ждала меня в это время.
Сообщение так и не прочитано, на ступеньки крыльца высыпаются студенты. Поднимаю глаза и улыбаюсь. Вот она! Выходит из дверей: задумчивая и серьёзная. Закидывает рюкзак через плечо, поправляя капюшон худи. Замечает меня и застывает с открытым ртом, распахнув глаза от удивления. Да, детка, сюрприз удался! Три месяца я по-тихому учился ездить, не обмолвившись ни словом, чтобы увидеть именно это выражение на ее лице.
Василёк срывается с места и бежит ко мне, раскинув руки. Ловлю её, кружу и зарываюсь носом в волосы, пахнущие весенним ветром, стискивая в объятиях.
— Прокатить, красотка? — шепчу ей на ухо, чувствуя, как она дрожит от смеха.
— Макс?! Ты… ты, когда? — осматривает мотоцикл, пытаясь выдать что-то членораздельное. — И права получил, и байк купил, а мне ни слова!
— Сюрприз! — искренне улыбаясь, впитывая эмоции моей девочки. — Не мог же я позволить своей девушке гонять одной, — понижаю голос до бархатного шёпота.
Наклоняюсь к ней, а она привстаёт на цыпочки навстречу. Целую осторожно, Янка невольно фыркает мне в губы.
— Что? — отстраняюсь, удивлённо приподняв бровь.
— Ты целуешь меня так, будто я фарфоровая, — бормочет, все ещё борясь с нервным смешком.
— А ты предпочла бы, чтобы я вел себя как дикарь? — улыбаюсь.
— Может… — её пальцы играют с молнией моей куртки, — следующую пару мне можно и пропустить?
— Хочешь прогулять? — притягиваю ее еще ближе к себе и обманчиво удивлено поднимаю брови. — А как же твоя репутация примерной студентки?
— Переживу как-нибудь, — Янка обнимает меня за шею, — Так что, прокатишь с ветерком? Если что к тебе ближе ехать. На следующую пару мне нужно вернуться.
— Заманчивое предложение, — целую ее в кончик носа.
Наконец-то, мы ни от кого не скрываемся. Янка раскрывается с каждым днём всё больше, но только со мной. Для всех она такая же отстранённая и недоступная. Моя скромница превратилась в настоящую соблазнительницу. И меня чертовски это заводит. Только я знаю какой она бывает. Это только для меня.
Дорога до моей квартиры пролетает как в тумане. Янка прижимается ко мне, на светофорах пробегает пальчиками по мышцам пресса, и я едва сдерживаюсь, чтобы не свернуть в ближайший тихий переулок. Впитываю каждую эмоцию, которую проживаю рядом с ней. Невероятные ощущения…
В лифте целую ее в шею, и понимаю — лишний этаж и до квартиры мы не дойдем. Так почти и выходит: одежда начинает слетать с нас ещё в коридоре. Подхватываю Янку на руки — такую лёгкую — и в несу в спальню. Целую каждый сантиметр кожи, запоминаю каждый вздох, каждое движение. Она отзывается на каждое прикосновение, и я окончательно теряю голову.
После лежим в обнимку, переплетя ладони и слушая наше дыхание. Греемся теплом от соприкосновения нашей кожи. Янка водит пальцем по моей груди, явно о чём-то размышляя.
— О чём думаешь? — спрашивает, когда перехватываю её руку и целую пальцы.
— Может определимся где будем жить? — в очередной раз задаю ей этот вопрос.
— Мне нравится моя квартира.