Я снова залезла в морозилку и вытащила кусок мяса обратно. Так, свинина, как гласит нам этикетка. Отлично! Думаю, что он не будет против того, чтобы нормально поужинать! Не будет же ругаться?!
Что — что, а готовить тетя Шофранка меня хорошо научила! Я отыскала кастрюлю, полазив по кухонным шкафам, сковородки и приступила к делу. Нужные мне овощи тоже довольно быстро нашлись. Немного мяса я отрезала для мясного бульона и сварила борщ, а оставшийся кусок пустила на отбивные и сделала картофельное пюре. Из купленных дядей Олегом овощей нарубила салат, самый простой — огурцы с помидорами и зеленью, приправила маслом. Готово!
Теперь уборка! Я нашла в ванной комнате в нежно — голубых тонах рулоны с отрывающимися тряпками и небольшое ведерко с отжимающейся шваброй. Протерла сначала поверхности, а затем и пол. Убираться в комнате с аппаратурой не стала, вдруг что-то нечаянно толкну! Повесила тряпки сушиться на полотенцесушилку в ванной и зашла в свою комнату. После булки и сока я больше ничего не кушала, хотя уже хотелось. Подожду, когда придет дядя Олег, вместе есть вкуснее. Я присела на краешек кровати и не заметила, как уснула.
Вздрогнула, услышав, как проворачиваются ключи в дверном замке, и съехала с кровати на пол, спала на самом краю. Мужчина уверенно зашел и хлопнул дверью.
— Алина! Ты здесь? — громко спросил и стал разуваться.
— Здравствуйте! — неловко показалась из комнаты. — Здесь…
— Хорошо! Ну пойдем, найдем что-нибудь пожевать! — кивнул в сторону кухни. — А чем у нас пахнет? — втянул носом ароматы, все еще витающие на кухне.
— Я не знала, что вы любите и приготовила на свой вкус! — зашла следом за ним, не зная, куда себя деть.
— Ты это серьезно? Готовить умеешь? — приятно удивился мужчина, открыл кастрюлю и хлебнул борща прямо из половника. — Вкуснотища! Я такого борща не ел с тех пор, как жена скончалась! — грустно улыбнулся Мироныч. — Садись скорее! — быстро расставил тарелки и наполнил супом.
— Если честно, еще немного и одичал! — признался мужчина. — Ем в основном в кафешках или на бегу, где успел — там и съел, готовлю так себе, лучше не готовить! — подмигнул. — Работа фотографом — моя отдушина, но часто нахожусь в разъездах. Очень много заказов, я хорошо известен как профессионал! У меня есть сын, но я с ним поссорился…много лет уже прошло, но…мы так и не можем сделать шаг друг к другу для примирения. Каждый по — своему горд! Есть внук! Но он учился в Питере, редко приезжает! Но хотя бы он не отказался от старика! Навещает! Как — то так! — быстро ел между делом дядя Олег. — А ты? Что у тебя случилось? Если не хочешь, можешь не рассказывать! Я не собираюсь давить на тебя!
— Если вкратце…родители отказались от меня, когда мне было восемь… — замолчала, переводя дух от болезненных воспоминаний, все еще сжимающих сердце, — потом меня приютили цыгане, как бы это странно не звучало!
— Это и правда очень странно!
— И поначалу все было неплохо! Меня определили в одну семью, кормили, одевали, научили готовить, один минус — не пускали в школу! Но потом выяснилось, что на меня были грандиозные планы! Меня хотели отдать замуж в уплату долга барона. Я психанула, забрала паспорт и уехала! В принципе, все! Но они ищут меня! Я точно знаю! — закончила на невеселой ноте.
— Что ищут — не удивительно! Но…ты сказала, что не ходила в школу! Ты без образования? — выделил главное в моих словах мужчина.
— Да! Так получилось! Но я не сдавалась! Я читала учебники дома, делала уроки, у меня просто нет сертификата, что я ее окончила! — стало обидно, что меня считают неучем.
— Ясно! А откуда такая уверенность, что ищут?
— На меня набросилась цыганка на улице…как раз два дня назад. Она выкрикивала мое имя, и что я — неблагодарная! И так получилось, что все мои деньги тоже оказались у нее. Выпали…Я пыталась найти работу, но без окончания школы я никому не нужна! Я уйду, честно! — попыталась успокоить мужчину. — Нужно просто найти работу, чтобы как — то содержать себя…
— Я не собираюсь выгонять тебя! Живи, сколько хочешь! А за такой стол я бы тебе и сам доплачивал! — пошутил фотограф. — В любом случае, есть у меня мыслишки, что делать с твоим образованием и как избавить от посягательств цыган! — подмигнул мне Мироныч, утягивая с тарелки очередную отбивнушку.
Прошла уже неделя, как я живу у Мироныча. На улицу я не выхожу, потому что боюсь нарваться на рыскающих цыган. Я готовлю, убираю, смотрю телевизор, чего в доме тетушки Шофранки не случалось, и вовсе не потому, что телевизора у нее не было, и слушаю музыку. Дядя Олег очень мной доволен. Сказал, что не представляет, как раньше без меня обходился, что я стала для него настоящей внучкой!
Он отсутствует дома почти весь день, приходя только под вечер, всегда приносит продукты, сладости и какие-нибудь книги для меня. Единственное, что меня смущает — я ношу одежду его внука, оставленную в шкафу. Из своей одежды у меня только то, в чем я сбежала — джинсы, кофта и футболка с единственным комплектом белья.
