В себя приходила тяжело, адски раскалывалась голова. Где я? Сколько прошло времени? Ответов у меня не было! Я открыла глаза и осмотрелась. Небольшая комната, размером примерно с небольшую кухню три на три метра. Обшарпанные выцветшие обои, из мебели — только кушетка, на которой я лежу. Напротив меня — зарешеченное окно, сквозь которое видно солнце, клонившееся к закату.
Я подошла к окну и выглянула сквозь решетку на улицу. Этот дом был двухэтажным, нуждающимся в ремонте. Скорее всего, дома по близости такие же, не очень жилые, поэтому не имеет смысла орать, никто не услышит и не придет на помощь! Я уже не в Москве?
Сзади резко открылась дверь, пропуская барона, и сразу закрылась на засов с другой стороны, отрезая путь к бегству.
— Тсеритса! — начал он, сделав шаг в мою сторону.
— Я — Алина! — отпрянула. — И вам хорошо это известно! — сказала со всей злостью, на которую способна.
— Почему ты так себя ведешь? — закосил под дурачка дядя Харман. — Зачем сбежала? Как это все понимать?!
— Да вы издеваетесь?! — закричала. — Знаете, дядя Харман! — издевательски выплюнула его имя, — а вы оказались очень хорошим психологом! Браво! Так развести маленькую девочку!
— Прекрати! — прикрикнул на меня. — Да что я тебе такого сделал?
— ЧТО СДЕЛАЛ?! Да ты мне жизнь разрушил! — заорала в бешенстве, чего никогда себе не позволяла, особенно с этим мужчиной. — И родителям моим! Я уважала тебя! А ты обманом меня похитил, заставил жить с чужими людьми почти восемь лет! Ты отобрал у меня школу, друзей, возможность быть нормальным человеком в будущем, чего-то достичь! Меня били, унижали! Меня задолбал твой озабоченный сынок Ханзи! И я не собираюсь выходить замуж за человека, которого не знаю!
— Вот как? — изменил свое поведение барон. — Ну, раз ты все знаешь — готовься к свадьбе! — отрезал, собираясь уходить.
— Да что ты ему задолжал такого, что не можешь просто расплатиться?!
— Моя жена была сбита машиной! — повернулся ко мне разозленный мужчина. — Виновник ДТП скрылся с места преступления, оставив ее истекать кровью! Если бы он вызвал скорую — ее бы смогли спасти…но он этого не сделал, а камер видеонаблюдения там тогда не стояло! Так как умерла цыганка — полиция просто закрыла дело, не стараясь особенно усердствовать и искать преступника. Мой друг нашел его своими методами и сдал властям! Я — в неоплатном долгу за это и за то, что не сижу в тюрьме, иначе я сам бы его нашел и жестоко убил!
— Допустим! Но это ТВОЙ долг! Ты не имеешь права расплачиваться мною и моей жизнью!
— Я вырастил тебя!
— Я не просила меня растить! У меня были родители! Заберите! — сдернула с шеи золотую цепочку, им подаренную, и швырнула в него.
— Это ничего не меняет! Ты выйдешь за него замуж через пару дней! Его семья уже готовится к свадьбе! — развернулся к выходу.
— Я — не цыганка! Я — свободный человек!
— Уже нет, Тсеритса! — барон бросил на меня еще один взгляд и вышел из комнаты. Дверь с той стороны сразу же закрыли за замок. — Ханзи, проследи! И без глупостей — ответишь головой! — услышала его голос за дверью и удаляющиеся шаги.
Еще и Ханзи здесь! Бррр! Я послонялась по комнате. Я — в безвыходной ситуации и мне даже нечем себя занять, чтобы отвлечься. Мир, что же мне делать? И ты вряд ли сможешь меня найти…телефон забрали, еще когда была без сознания, чтобы не могла никому позвонить.
— Ребят, идите вниз, я тут сам подежурю! — услышала, как Ханзи отправил других парней на улицу и кровь начала стыть в жилах. А что, если он ослушается барона?!
В комнату зашел Ханзи, жадно рассматривающий меня с ног до головы.
— Ну привет, А-ли-на! — произнес по слогам. — А ты стала еще более горячей и дерзкой, чем была! — сделал шаг ко мне и облизнулся. Я скривилась от отвращения. — Как ты смела сбежать от меня? Я же предупреждал! Еще и брату моему посмела вскружить голову! Ай-яй-яй! Плохая девочка! — поднял пальцем мой подбородок. — Тебя следует наказать! — похабно улыбнулся.
— Да иди ты в задницу! Твой отец запретил приближаться ко мне! — выпалила, надеясь, что на него подействует.
— Слышала, да? Но тебя это не спасет! Тебя НИЧЕГО от меня не спасет! — настаивал Ханзи, уверенный в своей безнаказанности. — Сейчас мы с тобой переспим — и ты будешь только моей! Я долго ждал момента, когда смогу полностью насладиться тобой! Отец поймет и ничего мне не сделает! Я же его сын! А потом, я- как честный ром, возьму тебя в жены. И в первую брачную ночь матушки и кумушки будут слышать твои сладостные крики и стоны у нас под дверью!
— Фу! Извращенец! — не сдержалась.
— Вовсе нет! Такова брачная традиция! А потом, так как ты уже не будешь девственницей, я порежу свою руку и испачкаю простынь, чтобы предъявить родственникам доказательство твоей невинности! — похвалился своими грандиозными планами озабоченный псих.
