— Это был профессионал, — объяснил я. — Хамелеон. Мастер маскировки.
— Кто мог его нанять?
— Фиск. Это его посмертная месть.
Норман задумался:
— Значит, у него были планы на случай собственной смерти. Умно. И опасно.
— Что теперь с лечением? — спросил доктор Стромм.
— Продолжаем, — ответил Норман. — Девушка останется в клинике под постоянным наблюдением. Удвоим охрану, проверим всех сотрудников.
Я провёл ночь в кресле рядом с кроватью Трис. Слушал ровное дыхание аппарата ИВЛ, наблюдал за мониторами, надеялся на чудо.
К утру стало ясно — состояние стабильное, но неизменное. Трис была жива, но недоступна. Словно заперта в собственном теле.
— Питер, — сказал доктор Коннорс, — иди домой, отдохни. Здесь ничего не изменится в ближайшие дни.
— Не могу её оставить.
— Ты не поможешь ей, если сам упадёшь от усталости.
Он был прав. Я еле держался на ногах от переутомления и стресса.
— Хорошо. Но если что-то изменится — звоните немедленно.
— Конечно.
Выходя из клиники, я клялся себе, что найду этого Хамелеона. Найду и заставлю заплатить за то, что он сделал с Трис.
Три дня я потратил на поиски Хамелеона. Три дня непрерывных поисков, используя все ресурсы моей организации мутантов и связи в преступном мире. Карлос и его люди прочёсывали каждый квартал, каждое убежище наёмников в городе. Мария использовала свои медицинские связи, чтобы выяснить, не обращался ли кто-то за помощью после контакта с неизвестными токсинами. Диего изучал записи камер наблюдения со всего Манхэттена.
Трис всё это время лежала в коме, подключённая к аппаратам жизнеобеспечения. Врачи говорили, что её состояние стабильно, но никто не мог сказать, когда она проснётся. Если вообще проснётся.
Каждый день я проводил у её постели несколько часов, говорил с ней, читал книги, рассказывал о том, что происходит в мире. Врачи утверждали, что пациенты в коме иногда слышат окружающих, и я цеплялся за эту надежду.
— Трис, — шептал я, держа её безжизненную руку, — я найду того, кто тебе это сделал. Обещаю.
Прорыв произошёл на третий день. Один из информаторов Карлоса, мелкий барыга по имени Джимми, сообщил интересную информацию. Он видел, как кто-то очень похожий на описание Хамелеона снимал комнату в дешёвой гостинице в Бруклине.
— Парень странный был, — рассказывал Джимми, нервно покручивая в руках бейсболку. — То толстый, то худой. Сначала думал, наркоман какой-то, галлюцинации у меня. Но потом приглядился — это один и тот же человек, только лицо меняется.
— Точный адрес? — спросил я.
— Гостиница "Континенталь" на Бруклин-Хайтс. Комната 237.
Я дал Джимми пятьсот долларов и отправился на разведку. Гостиница "Континенталь" была типичным заведением для тех, кто хотел остаться незамеченным — грязная, шумная, с администратором, который не задавал лишних вопросов.
Я наблюдал за зданием с крыши соседнего дома в течение нескольких часов. Во второй половине дня из комнаты 237 вышел мужчина среднего роста в потёртой куртке. Обычное лицо, ничем не примечательное. Но я узнал походку — ту же самую уверенную, целенаправленную манеру движения, которую видел на записях камер наблюдения.
Хамелеон.
Я проследил за ним по улицам Бруклина. Он шёл не спеша, периодически останавливаясь у витрин магазинов, словно обычный прохожий. Но я чувствовал его профессионализм — он проверял, нет ли за ним слежки.
К счастью, мои способности позволяли оставаться незаметным. Я двигался по крышам, используя пожарные лестницы и водосточные трубы, держась в тени.
Хамелеон дошёл до пристани на Ист-Ривер и сел на скамейку, доставая телефон. Я спрыгнул на землю и подкрался ближе, используя припаркованные грузовики как укрытие.
— Контракт выполнен, — говорил он в трубку. — Девочка нейтрализована.
Холодная ярость заполнила меня. Этот ублюдок говорил о Трис как о выполненном задании.
— Да, использовал комбинированный токсин, как заказывали. Должно выглядеть как осложнение от лечения... Что? Она не умерла? Как это возможно?
Хамелеон встал со скамейки, напрягшись:
— Понял. Нужен повторный визит... Да, удвоенная плата за дополнительную работу.
Он собирался вернуться в клинику. Собирался снова пытаться убить Трис.
Этого я позволить не мог.
Хамелеон направился обратно к гостинице, но я не дал ему дойти. В пустынном переулке между складами я спрыгнул с пожарной лестницы прямо перед ним.
— Привет, — сказал я спокойно.
Реакция у него была мгновенной. Хамелеон выхватил пистолет и выстрелил, но я уже двигался. Пуля просвистела мимо, а я оказался рядом с ним.
Удар в запястье заставил его выронить оружие. Второй удар — в солнечное сплетение — согнул его пополам.
— Ты отравил девушку в клинике Озкорп, — сказал я, поднимая его за воротник.
— Не знаю, о чём ты говоришь, — прохрипел он.
— Лжёшь.
Я ударил его по лицу, и он отлетел к стене склада. Хамелеон попытался встать, но я наступил ему на грудь.
— Кто тебя нанял?
— Иди к чёрту.
Я наклонился и сжал его горло:
— Последний раз спрашиваю вежливо.
— Фиск... — выдавил он. — Уилсон Фиск...
— Фиск мёртв.
— Посмертный контракт. Если с ним что-то случится, я должен был ликвидировать всех, кто ему дорог.
