— Иди сюда, — сказал я негромко. — Не будешь же весь урок сидеть один.
Флэш нехотя поднялся и поплёлся в мою сторону. Сел рядом, по-прежнему избегая прямого зрительного контакта.
— Итак, — объявил Конорс, — приступаем к работе. Разрежьте планарию пополам и наблюдайте за процессом регенерации под микроскопом.
Я взял скальпель и аккуратно разделил червя. Флэш молча наблюдал, явно не зная, как себя вести.
— Знаешь, — сказал я непринуждённо, настраивая микроскоп, — регенерация — удивительная штука. Жаль, что люди не умеют отращивать конечности, как ящерицы.
— Да, — неуверенно согласился Флэш. — Было бы круто.
— Особенно для спортсменов, — продолжил я. — Травмы — профессиональная болезнь. Ты часто травмируешься на тренировках?
— Иногда, — Флэш немного расслабился. — В прошлом году плечо вывихнул на отборочных.
— Болезненно? — я передал ему микроскоп.
— Ещё как, — он наклонился к окуляру. — Два месяца не мог нормально тренироваться.
— А какой у тебя план после школы? — спросил я, делая записи в тетради. — Спортивная стипендия?
Флэш выпрямился, и я заметил, как его лицо слегка помрачнело.
— Хотелось бы, — вздохнул он. — Но результаты не те, что нужны для топовых университетов. Может, в колледж попаду, если повезёт.
— А что мешает улучшить результаты? — поинтересовался я, искренне любопытствуя.
— Да много чего, — Флэш пожал плечами. — Тренер говорит, у меня техника хромает. Плюс концентрация страдает.
— Концентрация — это дело тренируемое, — заметил я. — Знаешь, я читал про спортивную психологию. Интересная тема.
— Серьёзно? — Флэш посмотрел на меня с удивлением. — А что там говорится?
— Много всего. Визуализация, дыхательные техники, ментальная подготовка, — я записал очередное наблюдение. — Профессиональные спортсмены половину времени тратят на работу с головой, а не только с телом.
— Хм, — Флэш задумался. — А где про это можно почитать?
— Есть несколько хороших книг. Могу названия дать, если интересно, — предложил я.
— Было бы неплохо, — кивнул он.
Мы продолжили работу в более непринуждённой атмосфере. Флэш оказался не таким тупым, как казалось — он задавал разумные вопросы и внимательно слушал объяснения.
— Мистер Паркер, мистер Томпсон, — подошёл к нашему столу Конорс, — как продвигается работа?
— Хорошо, доктор, — ответил я. — Мы наблюдаем начальную стадию регенерации. Клетки в месте разреза уже начинают делиться.
— Превосходно, — кивнул Конорс, взглянув в микроскоп. — А что вы можете сказать о скорости процесса?
— Она зависит от температуры и питательной среды, — ответил Флэш, к моему удивлению. — Чем теплее, тем быстрее идёт регенерация.
— Верно, — одобрил учёный. — Хорошая работа, господа.
Когда Конорс отошёл, Флэш повернулся ко мне.
— Слушай, Паркер, — начал он, явно с трудом подбирая слова. — Насчёт того, что было между нами... Я хотел извиниться.
— За что именно? — спросил я, продолжая делать записи.
— За всё, — вздохнул он. — За то, что доставал тебя все эти годы. Это было по-детски.
— Да ладно, — пожал плечами я. — Все мы иногда ведём себя глупо.
— Нет, серьёзно, — настаивал Флэш. — Я понимаю, что был полным мудаком. Не знаю, что на меня находило.
— Может, просто не знал, как ещё привлечь внимание? — предположил я. — Бывает.
Флэш удивлённо посмотрел на меня.
— Ты не злишься?
— А смысл? — ответил я. — Прошлое уже не изменить. Зато будущее в наших руках.
— Да уж, — кивнул он. — Ты вообще стал каким-то другим. Увереннее что ли.
— Просто решил перестать бояться, — честно ответил я.
— Круто, — сказал Флэш. — Мне бы тоже так.
— А что тебе мешает? — поинтересовался я.
— Не знаю, — он задумался. — Привычка, наверное. Проще казаться крутым, чем на самом деле им стать.
— Понимаю, — кивнул я. — Но настоящая крутость — это когда ты не боишься быть собой.
Мы проработали в тишине ещё несколько минут, каждый думая о своём.
— Эй, Паркер, — вдруг сказал Флэш. — А правда, что ты с Озборном по клубам ходишь?
— Иногда, — ответил я. — А что?
— Да так, просто удивительно. Раньше ты дома сидел постоянно.
— Времена меняются, — улыбнулся я.
— Видимо, да, — согласился он. — Слушай, а эти книги про спортивную психологию... Ты правда можешь названия дать?
— Конечно, — я достал телефон. — Записывай.
Я продиктовал ему несколько названий, которые помнил из прошлой жизни. Флэш аккуратно записал всё в тетрадь.
— Спасибо, — сказал он. — Попробую найти.
— Не за что, — ответил я. — Если что-то не найдёшь, могу помочь.
— Серьёзно? — удивился он.
— А почему нет? — пожал плечами я. — Мы же одноклассники.
Звонок возвестил об окончании урока. Ученики начали собирать вещи и покидать класс.
— Господа, — объявил Конорс, — не забудьте сдать отчёты на следующем уроке. И помните — регенерация это не только биологический процесс, но и метафора. Мы все способны обновляться и меняться к лучшему.
Собирая рюкзак, я подумал о символичности этих слов. В каком-то смысле я сам был продуктом регенерации — старый Питер Паркер исчез, а на его месте появился новый.
— Паркер, — окликнул меня Флэш у дверей. — Ещё раз спасибо за урок. И... за то, что не держишь зла.
— Всё нормально, Флэш, — ответил я. — Увидимся завтра.
