— Любимая, не надо над собой издеваться. Эмина нужна была, чтобы успокоить самых психованных из верхушки. Мол, все идет по их сценарию. Я не готов погрузить ослабевший Элидиум в новую войну. Но поселить ее в Тайлерине на время Игр было плохой идеей. Ее поведение меня не устраивает. Завтра же отправлю девушку домой.
Я вздохнула. Он развернулся и припал губами к моей ладони.
— Что-то пошло не так? Она живая, не хочет быть твоей ширмой?
— Нашей ширмой, Ле-ти… И все-таки у тебя настроение разговаривать.
__________________
Я и не думала продолжать в таком ключе. Коленопреклоненный ларг ужасно напрягал, вызывая слабость в нижней половине тела. Даже в пятках.
— Мне неудобно. Хватит. Мы с тобой не подростки, чтобы развлекать друг друга вот так.
Эйдан, разумеется, мог бы ответить, что он только рад сменить позицию. Но, к моему удивлению, мужчина промолчал.
Впрочем, он тут же подхватил меня на руки и усадил к себе на колени. Я же по-прежнему силилась понять, в чем крылась причина моей слабости.
Почему я обошлась без проклятий и почти млела из-за того, что он рядом… Усталость за целый день взяла свое, или это настолько тонкое воздействие, что, в отличие, от того, что испускала шайка выпускников, я его не замечала?
— Перестань. Это потому что ты тоже по мне скучала. Все эти годы. Сильно. Ле-ти… Я долго решался встретиться с тобой в вашем мире. Это был большой риск, мое состояние только бы усугубилось, но я почему-то надеялся, что ты тоже… Что я не совсем обречен.
Сейчас его губы касались моей шеи, а кончик носа поглаживал ухо. Он был возбужден и одновременно излучал довольство и успокоение. От противоречивых сигналов меня потряхивало.
— Когда ты взглянула на меня на той конференции по бытовой магии, ровно пятнадцать лет спустя, то в глазах бушевала такая буря… Готова была раскрошить меня на части и развеять по ветру. Это что угодно, но не равнодушие, которое бы меня уничтожило.
Кончиками пальцев он подбирал дорожки слез. Я лишь взмолилась про себя, чтобы он не вздумал их слизывать.
— Эмре, а какой реакции ты ожидал от женщины, замороженной по твоей милости на долгие годы? Я не сразу сообразила, что веду себя странно. Работала с менталистом, плавала в океане в обнимку с дельфинами. Да чуть ли не на воздушном шаре поднималась, хотя не люблю высоту. И все ради того, чтобы так и не решиться на свадьбу с хорошим человеком.
Канцлер дернулся, но даже упоминание Маверика не сбило его с толку. Вот что значит настрой.
— Зелье должно было убить любые эмоции по отношению ко мне, а ты устроила ураган. Орала на меня, швырнула в фонтан, угрожала, лупила своими маленькими кулачками, царапалась…
— Да у тебя эротический бред. Я делала это совсем без того умысла, который ты вкладываешь! Всего лишь, чтобы ты от меня отвязался.
Воспоминание о том, как я превратилась в персону нон-грата на целом континенте, до сих пор не смешило. Ларг явился под мои очи с незамутненной наглостью, как будто всех этих лет просто не было.
— А день назад ты вернула эмоции, Ле-ти. Сама. Для этого не понадобились ни усиливающие артефакты, ни давление с моей стороны… Ты просто прикоснулась ко мне в нечеловеческом обличии, и этого оказалось достаточно.
Интересно, какое давление он имел в виду? То, которое я сейчас ощущала ягодицами?
— То есть ты эти три месяца ждал? Вывез сюда и собирался провоцировать дальше? Заставил смотреть на свою Эмину, умирать от отвращения к себе.
Я снова вырывалась, а он снова без всяких усилий удерживал меня на месте. Я бы сказала, с удовольствием. Каждое касание об мою кожу заставляло плотную прохладную дымку вокруг нас вибрировать. Ларг распустил темный кокон, как делал в минуты наслаждения, и за пределами полуметра в комнате ничего не было видно.
— Я так устал без тебя, Ле-ти. Устал не дышать, не парить… Разве я мог забрать тебя при живой жене, ты бы меня простила? Смирилась бы? Прости за злые слова вчера. Да, не стоило спешить с этим зельем. Возможно, появляйся я раз или два в год у тебя на Лондиниуме, обоим было бы легче…
Я заколотила кулаками ему в грудь. А он убрал мои руки, разведя их в стороны, и спрятал лицо уже на моей груди, не переставая жадно вдыхать.
