Возможно, я просто боюсь не оказаться на их высоком техническом уровне и быть жестоко раскритикованной. Такие мужчины могут выбирать любых женщин, каких пожелают, и привыкли брать от жизни лучшее. Если у одного из них в койке окажусь я, не имея ни груди, ни длинных ног, ни аппетитного загара, то не вызову ничего, кроме горького разочарования.
- Что все это значит? - спросят меня, как только я разденусь. - Ты совсем не похожа на ту, что я трахал сегодня днем. Ты вообще не женщина. Грудь у тебя где?
Я надеялась, что, если мужчина пообщается со мной, прежде чем мы вместе ляжем в постель, у меня будет больше шансов на то, что он поведет себя по-человечески и не станет надо мной смеяться. И будет снисходителен к моему очевидному физическому несовершенству, потому что я интересна как личность.
Не хочу сказать, что ни разу не спала с мужчинами, с которыми только что познакомилась. Пару раз бывало и такое. Иногда я чувствовала, что у меня просто нет выбора. Или человек очень мне нравился, и я боялась, что, если не отвечу на его приставания, он убежит и больше ко мне не подойдет. Если бы Гас настаивал на немедленном сближении, наверно, я бы уступила. Но его сдержанность обрадовала меня куда больше.
- Это все твое католическое чувство вины, - скорбно качая головой, изрек Дэннис. Надо было остановить его, пока он не напустился на католическую церковь, монахинь, братьев во Христе и как они калечат души юных неопытных созданий, с которыми соприкасаются, отнимая у них способность к свободным от чувства вины чувственным утехам. А то дискуссия затянется на всю ночь.
- Нет, Дэннис, от случайных связей меня удерживает не католическое чувство вины.
Подозреваю, что, будь у меня большая упругая грудь и длинные, стройные, лишенные целлюлита загорелые ноги, я легко разобралась бы со своими религиозными комплексами. Возможно, тогда я уверенно прыгала бы в постель к незнакомым мужчинам, не задаваясь вопросами морали и нравственности. Может, и секс как таковой действительно доставлял бы мне удовольствие вместо того, чтобы каждый раз становиться набором упражнений: вести себя так, будто получаешь удовольствие, пытаясь в то же время спрятать от глаз партнера излишки задницы, отсутствие груди, ляжки, которые тоже... ну, в общем, понятно.
- Итак, в результате, подводя, так сказать, итоги нашего разговора: что ты обо всем этом думаешь? - бодро спросила я. - Правда, он замечательный?
- Ну, не думаю, что это то, что нужно мне... Но, - поспешно продолжал он, - вообще он, кажется, симпатичный. И если ты упорно выбираешь мужчин без денег, надеюсь, ты понимаешь, что делаешь. Я бы не советовал, но, по-моему, я говорю со стенкой.
- А правда удивительно то, что предсказала гадалка? - просительно протянула я, чтобы направить его мысли в нужную колею.
- Не могу не признать, что попадание точное, - согласился он. Безусловно, это знак. В обычных условиях я бы тебя предостерег, но, видимо, звезды распорядились иначе.
Именно это я и хотела услышать.
- Не считая отсутствия денег, он хорошо к тебе относится? - спросил Дэннис.
- Очень хорошо.
- Ладно. Для вынесения окончательного приговора надо все-таки на него посмотреть живьем, но до тех пор даю тебе мое временное благословение.
- Спасибо.
- В таком случае я бегу. Уже полпервого.
Заснула я счастливой.
30
Разумеется, на следующее утро, когда я проснулась и осознала, что сейчас нужно выползти из-под одеяла и идти на работу, настроение у меня было уже не то.
Мне хотелось спрятаться, но что делать: понедельник есть понедельник, а менять давно укоренившиеся привычки тяжко. Встреча с новым парнем, пусть даже таким замечательным, как Гас, не могла за одну ночь превратить меня в оптимистку, бодро вскакивающую с постели, не успеет отзвонить будильник, распевая: "Как здорово, что я не умерла ночью".
Не открывая глаз, я пошарила вокруг, нащупала кнопку выключения сигнала, выгадав себе еще пять минут тревожного от угрызений совести сна. Чего бы я сейчас не отдала за возможность не вставать! Все, что имею.
В ванной уже шумела вода. Отлично, там кто-то есть. Вставать, пока не освободится, бессмысленно. Еще пять минут свободы.
В комнату с шумом ворвалась Карен. Вид у нее был шикарный и очень деятельный, макияж - безупречный, что в столь ранний час производило несколько пугающее впечатление. Карен всегда выглядела ухоженной, как будто только что из салона красоты, и волосы у нее никогда не курчавились, даже под дождем. Бывают и такие люди. Но я к ним не отношусь.
- Люси, Люси, срочно просыпайся, - приказала она. - Я хочу поговорить с тобой о Дэниэле, был ли он когда-нибудь влюблен, я имею в виду, серьезно влюблен?
- Э-э-э...
- Брось, ты ведь его столько лет знаешь.
- Ну...
- Значит, не влюблялся, да?
- Но...
- А тебе не кажется, что сейчас ему самое время? - агрессивно осведомилась она.
- Да, - ответила я. Соглашаться всегда проще.
- Мне тоже.
Карен плюхнулась на мою кровать.
- И потом, я влюблена.
Мы немного полежали рядом молча. В ванной Шарлотта пела "Где-то над радугой".
- У этого Саймона, видно, прибор здоровый, - прокомментировала Карен.
Я кивнула.
