На обочине стояло несколько машин, но ни милиция, ни «скорая» еще не приехали, люди суетились внизу, у помятого «Мерседеса», они уже разбили переднее стекло и извлекли из салона тело. Кто-то пытался оказать женщине первую помощь. В общем, была та самая суета, которая обычно не приносит ощутимых результатов. Люди были слишком уж потрясены случившимся, чтобы принять разумное решение. А «скорой» все не было.
– Господи, чем же ей помочь-то?! Господи-и! – послышался чей-то крик.
Водитель спрыгнул из фуры на обочину и спросил:
– Эй, помощь нужна?
– Да уже нет, – отозвался кто-то. – Она умерла.
– Как умерла? – ахнула какая-то женщина.
– А вы разве не видите?
– Да вроде дышала.
– Вот именно: вроде! Жаль: молодая, красивая.
– Так что, мужики? – вновь крикнул водитель фуры. – Чем помочь-то?
– Да езжай уже! – махнули из группы стоящих у разбитого «Мерседеса» людей. – Сейчас менты приедут.
Дальнобойщик смачно сплюнул и полез обратно в кабину. Когда машина тронулась, сказал, словно пожаловался:
– Всегда говорил: бабе за рулем не место. Баба, она баба и есть.
Марат согласно кивнул, думая о своем: Геля умерла. Интуиция его не подвела. И тут вдруг до него дошло: а как же наследство? Выходит, что после убийства Константина Дурнева и трагической гибели его сына единственная наследница – вдова. Родители Дурнева умерли, братьев-сестер не было. А после смерти Гели ей наследуют ее ближайшие родственники. То есть родная сестра. Выходит, что его жена Элеонора – теперь единственная наследница огромного состояния?
Марата даже пот прошиб, когда он это понял. Вот как все повернулось! Теперь Эльку тем более надо найти. Пусть заканчивает ломать комедию и вновь становится собой, Элеонорой Лебедевой. А через положенное время подает заявление об открытии наследства.
Подумалось вдруг: а может, и ему стоит воскреснуть? А как же тогда фотоаппарат с роковыми фотографиями? А свидетель? Ренат Гусев? Со смертью мачехи все еще больше запуталось. Марат сидел и пытался привести мысли в порядок. В «Мерседесе» остались его вещи. Если он объявится живым и милиция начнет копать, то возникнет вопрос: как эти вещи там оказались, в Гелиной машине? Потом возникнет еще много вопросов. Он сильно наследил там, на юге. Нет, лучше оставаться мертвым.
Но как без проблем воскресить Элю? Он усмехнулся: для начала ее надо хотя бы найти. Потом все обсудить с ней и найти выход. Допустим, они сразу после свадьбы поссорились и он от отчаяния уехал на юг со случайной любовницей, когда его молодая жена сбежала. Та женщина в машине – не Эля. Потом сбежавшая жена узнает о трупах на шоссе, о наследстве, и – ах! – произошла нелепая ошибка! Вот она я, Костенко Элеонора, по мужу Лебедева, и подайте сюда мои денежки! Хорошо? Хорошо! В конце концов, Эля его боится, Марат ясно видел это в глазах жены. Это правильно, что он ее запугал.
Марат вздохнул с облегчением. Выход есть!
– Ночевать где собираешься? – спросил он у водителя.
– Едем пока.
– То есть, никаких планов у тебя нет?
Шофер отрицательно покачал головой:
– Как устану, так и встанем на ночлег.
– Хорошо, – кивнул он.
Ехали они до полуночи. Когда в темноте засветились огни придорожных кафе, Марат, зная, что именно здесь находится «Ивушка», где он делал заказ, предложил:
– Свернем? Место хорошее: рекомендую.
Водитель притормозил, потом развернулся и съехал на обочину. Фура вскоре остановилась.
В «Ивушку» они пошли вместе. Разумеется, кафе работало круглосуточно, в любое время проезжающие могли найти здесь приют. Но все обычно затихало к часу ночи, и хозяева могли поспать.
Из подсобного помещения выплыла пышногрудая Маша.
– Чего желаете? – спросила она, зевая.
– Первого бы похлебать, – пробасил водитель фуры.
– Есть борщ, суп харчо. Шашлык можно зажарить.
– Можно, – согласился водитель.
– Так жарить? – нетерпеливо спросила Маша.
– Все давай, – кивнул голодный мужик.
Женщина вновь исчезла в подсобке. Водитель подмигнул Марату:
– Во, баба? А? Хороша!
– Да, наверное, – сказал он равнодушно.
– Ничего ты, парень, в бабах не понимаешь, – возмутился дальнобойщик. – Тебе, небось, подавай пигалицу в юбчонке до пупа. А толку-то с нее?
– На вкус и цвет… – осторожно заметил он.
– Эх вы, молодежь! – махнул рукой дальнобойщик и вышел на улицу покурить.
Роскошная Маша вновь выплыла в обеденный зал. Зевнув, сказала:
– Платить-то кто будет?
– Сколько? – он тут же полез в карман за деньгами.
Вдруг появился хозяин кафе. С расспросами не полез, подождал, пока Маша уйдет. Потом улыбнулся золотозубо и сказал Марату:
– Здравствуй, дорогой. Никого не было, никто ничего не спрашивал.
– Знаю, – кивнул он.
– Проблемы, дорогой?
– Нет никаких проблем.
– А то смотри. Я, как обещал, все скажу. Приехали вдвоем, шашлык кушали, вино пили. Девушка красивая, блондинка. В очках, в куртке. Красивая такая куртка, темно-красная.
– Кожаная? – севшим голосом спросил он.
– Что, дорогой?
– Куртка на ней была кожаная? И очки. Солнцезащитные очки. На дужках стразы. То есть разноцветные камешки.
– Точно! – кивнул хозяин.
– Значит, они здесь были? На чем приехали?
