– Еще одна лживая сучка! – прокомментировал Вадим. – Но зачем ей это было надо? И вообще – в чем, собственно, дело?
– В наследстве, – сказал он неохотно. – Эля должна получить большое наследство. Надо, чтобы ты дал показания. Время еще есть, целых полгода. Я уверен, что она найдется, но… – он замялся.
– Значит, моей бывшей жене светят большие деньги? – оживился Вадим. – Что ж, я рад за нее. Элька всегда об этом мечтала.
– Так как?
– Можешь на меня рассчитывать. Врать не буду, а правду чего ж не сказать? Мне что, прямо сейчас в милицию идти?
– Нет. Я тебе позвоню, если что.
– Звони. А телефон…
– У меня есть. Домашний.
– Откуда? – удивился Вадим. – Ах, да! Если есть адрес, значит, есть и телефон! Гелька, что ли, дала? Вот стерва! Терпеть ее не могу!
– Я пойду, – он поднялся. – Спасибо за бутерброды. И за минералку.
– Не за что.
– Значит, ты в последний раз говорил с Элей по телефону в день нашей с ней свадьбы, а потом через эту Олесю моя жена сообщила об окончательном разрыве с тобой? – уточнил он.
– Как-то так.
– И больше Эля тебе не звонила, не объявлялась, ничего не объясняла? – он пристально глянул на Вадима.
– Откуда? Ты же знаешь, что я был на юге. С девушкой.
– Но все это странно.
– Да, очень, – охотно согласился Вадим.
– И твоя девушка… Если объявится, я хотел бы с ней поговорить.
– Что ж… Но в моем присутствии. Я ведь теперь за нее отвечаю. И если что…
– Я понял. Запиши мой телефон.
Они обменялись номерами мобильников, как бы скрепляя союз.
Вадим проводил его до дверей и уже в прихожей спросил:
– Кстати, ты упомянул о наследстве. А как же рыжая? Ей что-нибудь обломится?
– Геля умерла.
– Как так? Я не испытываю к ней родственных чувств, но все же…
– Разбилась на машине. И не смотри на меня так: я здесь совершенно ни при чем. Хотя мне она тоже никогда не нравилась.
И только когда Марат вышел из подъезда, на него снизошло озарение: Олеся! Марат вдруг вспомнил, где именно слышал ее голос! Где и когда. Ну, конечно! Надо же быть таким тупым! Наутро после брачной ночи, когда Эля еще лежала в постели, а он отнес на кухню пустой поднос, раздался телефонный звонок. Юный женский голос спросил Элю. Тот же голос, который потом отвечал Марату по
Интуиция подсказывала Марату, что это за направление. И он поехал на дачу. Там сейчас либо Эля, либо Олеся, либо обе вместе. Какую, интересно, игру они затеяли?
Марат воспользовался общественным транспортом, чтобы добраться до отцовской дачи. Хватит транжирить деньги, ситуация осложнилась. В московской квартире отца в сейфе есть наличные. Сумма большая, но до этих денег еще надо добраться. А вдруг там все уже опечатано? Лучше об этом не думать…
Он сошел с электрички и невольно поежился от холода. Хорошо было бы согреться и обсушиться. Растопить на даче камин… Интересно, кого он там найдет?
Марат не пошел по главной улице. Не надо, чтобы его видели, раз он «труп». Дачный поселок Марат обошел лесом и по тропинке прокрался к дому, потом перелез через забор и, пробравшись через сад, подошел к двери черного хода. Нагнувшись, он пошарил в тайничке, в железном ящике, спрятанном под крыльцом. Ключа не было.
Он поднялся по скрипучим ступенькам и, нетерпеливо толкнувшись в дверь, увидел, что она не заперта. Значит, он не ошибся: в доме кто-то есть. Марат счастливо улыбнулся: Эля! Надо сделать жене сюрприз!
В холле первого этажа было темно. Марат споткнулся о сумку, стоящую у порога и, выругавшись, щелкнул выключателем. Потом прошелся по первому этажу, где обнаружил разбросанные женские вещи. Элины вещи. Где же она сама?
В доме была тишина. Марат хотел было пройти на кухню, но тут шестым звериным чувством отметил чье-то присутствие. Он сделал шаг назад, замер и прислушался. В доме кто-то был. Возможно, этот человек прячется под лестницей, ведущей на второй этаж. Всей кожей Марат почувствовал опасность. Он замер, напрягшись, и приготовился к прыжку.
И тут вдруг услышал:
– Спокойно, не дергайся.
– Все нормально. Стою, – сказал он севшим голосом и подняв над головой руки с растопыренными пальцами. Смотри, мол, в руках у меня ничего нет.
– Марат! Беги, Марат! – раздался вдруг отчаянный женский крик. Не Элин.
Но куда бежать? За пулей? Что за дуреха!
– Не дергайся, – повторил Ренат Гусев и поднял пистолет.
– Я стою, – повторил он хрипло. По напряженному лицу шофера Марат видел: тот выстрелит без колебаний, если заметит хоть малейшее движение. Поэтому Марат застыл с поднятыми вверх руками.
– А где Геля? – спросил Ренат.
– Геля?
– Почему я не слышал, как подъехала машина?
– Какая машина? Ах, машина! – Он почувствовал, как все тело покрывается испариной. От напряжения и… от страха. До него, кажется, начало доходить… – Она там, на шоссе. Разбита.
– То есть?
– Авария. Ты пистолет-то опусти.
– А где Геля? – повторил Ренат.
– Геля? Она умерла.
– То есть? – У Рената Гусева враз изменился голос.
