Марина практически выбежала, оскорбленная тем, что ее выгнали. Дверь за ней захлопнулась. Она успела сделать всего три шага в сторону лестницы, готовая вот-вот разрыдаться, и услышала, как в квартире Константина что-то с грохотом упало. Разбилось стекло, раздался какой-то нечеловеческий крик.
Марина остановилась, как завороженная, не в силах пойти дальше. Вернулась. Постучала в дверь. Костя не открывал. Стучала. Стучала еще. Стучала сильнее. Вжала палец в звонок. Он не открывал. А крик и шум за дверью продолжались. Тогда Марина позвонила ему на мобильный. Костя моментально ответил.
– Открой мне, пожалуйста, двери.
Дверь распахнулась. Костя стоял хмурый, с тяжелым взглядом. Молчал. Впустил Марину и также молча закрыл двери.
– Я решила все же подождать такси у тебя, – скромно улыбнулась девушка.
– А вот как раз и оно, – он взял трубку. – Красная хонда.
Оба молча смотрели друг на друга.
– Почему ты кричал?
Костя посмотрел на нее в упор. Слегка сощурился. Видно, что слова ему не давались. Или просто он не хотел ничего говорить. Молчал.
– Ну что ты, скажи? Ты же сам меня выгнал. Скажи, мы все равно, может, уже не увидимся больше.
– Я погорячился, когда начал кричать, – собравшись с силами, размеренно сказал Константин. – Надо было подождать пока ты уйдешь, а уж потом что-нибудь разбить. И я бы успокоился. Такси приехало.
К горлу Марины подступил ком. Ей так хотелось ему довериться. Поговорить. Обнять. Пожалеть. Остаться. И чтобы он в ответ обнял, пожалел, погладил по голове. Ей так стало грустно, что все пошло не так! Что он встретился именно в этот момент!
«В самом деле, не могу же я спать с двумя одновременно?!» – подумала девушка.
Хотя подругам такая новость пришлась бы по вкусу: было бы что обсудить. Марине стало грустно от бессмысленной истории с Пашей, которая, по сути, все испортила. Грустно от того, что она такая дура, в конце концов. Грустно, что им с Константином не хватило мудрости поговорить и все обсудить. Грустно, что она в очередной раз не доверилась своим эмоциональным порывам. Грустно и обидно, как в детстве, когда взрослые не делают по-твоему, а топанье ногой и слезы не помогают.
– Сейчас, я порыдаю чуть-чуть и уеду, – пообещала Марина, обняла Костю за шею и начала самозабвенно плакать. От всей души, со всей силы и с драматическим надрывом.
Его телефон беспрерывно звонил.
– Ну вот что за эгоизм! А мне потом что делать? Ну не плачь, пожалуйста… – растерянно попросил он.
Константин успокаивал ее. Обнимал крепко – крепко. Гладил по голове. Спрашивал, почему она плачет. Марина не очень связно объяснила:
– Ты меня выгнал. А про Пашу ты знал с самого начала. И вообще каждый раз одна и та же история! Она мне надоела!
Костя сквозь эти рыдания пытался понять, что за историю она имеет ввиду. Говорил ей ласковые слова, успокаивал, убирал волосы с лица. И в какой-то момент понял, что так истерику не прекратить.
Марина же наоборот чувствовала, что ей слишком нравится, как он ее утешает, и она не хочет и не может прекратить плач.
Костя посадил девушку на стул, а сам сел рядом, на пол. Продолжил расспрашивать. А она… Она в этот момент наслаждалась его силой, теплом, заботой и участием. Он виделся ей необычным: с одной стороны, каким-то опасным, самоуверенным денди, а с другой – очень нежным мальчиком.
Марина перебралась к нему на пол. Обняла, уткнулась в плечо и зарыдала с новой силой. Костя сжал ее в ответ, погладил по голове, сказал нежные, утешающие слова и в тысячный раз попросил не плакать. Она постаралась объяснить, по какой причине не собиралась с ним сегодня спать. И причина была явно не в том, что он ей не нравится.
– Мне просто очень надоело оплачивать счета девушек и их подруг, возить и забирать их в любое время. Быть личным водителем и кредитной карточкой. Я устал.
– Я сама могу оплачивать свои счета! – ревела Марина. – Ты же знаешь, что я работаю в крутой корпорации! Давай я тебе отдам деньги за бар?
Он, конечно же, отказался. Успокоил. И прижал ее к себе.
Каждый гнул свою линию.
– Марина, да пойми ты! Я не пью по вторникам! Я не хожу с девушками за руку! Я ничего этого не делаю! Черт возьми, Марина! Ты хоть понимаешь, как сложно сначала расстегивать платье, а потом застегивать его обратно?
– А я не сплю с мужчиной через три дня после знакомства!
Она начала рыдать сильнее прежнего. Костя в ответ сжал ее в объятиях еще крепче. Они уже оба лежали на полу. Причем Марина в пальто. Из такси продолжали настойчиво звонить. Он долго сбрасывал, но в какой-то момент наконец ответил, что такси уже не нужно. Задавал ей много вопросов. Обо всем. И, конечно, о мужчинах. Выпытывал:
– Кто такой этот Паша, блять?
– Любовник! – рыдала она.
Он обнимал ее с новой силой. От каждого прикосновения Марину эмоционально подбрасывало, как на американских горках. В голове витал миллион мыслей и вихрь чувств в душе. Ей нравилось происходящее, она чувствовала, что в этот момент они с Костей очень близки. Она понимала, утром так уже не будет, потому ей не хотелось, чтобы это заканчивалось.
