– Это ж расстегай! Это не какой-то там пирожок! Это традиция! Его пекли сначала жены рыбаков, потом и все остальные. А название произошло от слова расстегивать, видишь, он в середине не застегнутый!
– Вижу, а можно я поем?
– Так я и объясняю, как его надо есть. Масло тебе ледяное подали, видишь? Клади его на дырочку. Внутрь, внутрь впихивай. А теперь зачерпывай горячий бульоне и вливай! Потом отрезаешь оба краешка, на вилочку их и макаешь в бульон. Потом все остальное ешь, как раз пропитается внутри.
– Уйдешь ты наконец? – так и подмывало сказать Сашу. Но она послушно отрезала кончик, макнула в бульон, чуть не обожглась. – Мастер класс по поеданию расстегаев устроила, а?
Официантка отошла, а Саша запихала в рот пол расстегая, хлебнула бульон, снова обожгла язык, но уже не могла остановиться, откусывала и запивала.
Усталость прошла, и выйдя из заведения, девушка пошла пешком по направлению к отелю, не такси же вызывать, да и есть ли оно тут?
Солнце садилось за тучи, силуэт церкви на закате над узкой речкой был настолько красивым, что она задержалась на мостике, потом спустилась на улицу- тропинку вдоль реки и прошла в сторону храма.
Храмов оказалось сразу три. Силуэт с моста – высокая колокольня красного камня. Впереди, не заметная издалека, устроилась белокаменная старинная церковка, а позади колокольни стоял солидный пряничный храм, каменный, расписной.
Пока девушка разевала рот, ее окликнули. Невысокий старичок в подряснике, с седой белой бородой, совсем не окладистой, а торчащей клинышком, кивнул в сторону зеленого луга:
– Цветочки закрылись, к дождю. Придет, придет ночью, чувствую. Но сейчас тепло. А вот на Георгия то, – ну, город, сама знаешь, Георгиевск, – сам митрополит приезжал. Пошли Крестным ходом, а снег как повалит! Ну, что тут сделаешь, как могли, так и отслужили…
Его поддержал теленок, мычащий где-то поблизости. Вдали петух поорал от души.
– Да ты заходи, какие брюки, какой платок, кто тебя погонит! – старичок-священник уже спешил отпереть двери храма.
– Тут у нас Никон Радонежский, вот они, на иконе, с Сергием, а Никон у нас тут жил. Этот храм, – кивнул в окно на расписного красавца, -Никитский, Никиты-Мученика, а белый построен купцом-благотворителем, и похоронен он тут. Два придела в ней- Николая Чудотворца и Илии Пророка. А здесь Святослав. – Подвел к мраморной гробнице. – Раньше княже покоился в Георгиевском соборе, теперь у нас. Всегда княже уберегал от стрел вражеских, и сегодня к нему идут, и пока все целы! Любили его в тут, народ плакал, когда умер князь.
Саша покивала, в вечерней тишине пустого храма на нее сошло умиротворение, странного дня как не было.
На следующее утро девушку разбудил телефонный звонок. Не прошло и часа, как она приняла душ, позавтракала в заводском кафе по дороге и уже сидела на неудобном стуле в отделении следственного комитета, куда прибыл следователь из областного центра.
– И как вы сумели найти тело? – поинтересовался следователь, представившийся Павлом Владимировичем.
Саша рассказала то же, что и вчера в полиции.
– Вы уверены, что ни от кого об этом не услышали?
– Нас было трое, мы все делали вместе, это просто логика.
– Логика, говорите? Забраться на закрытый строительный объект, найти закопанный труп в укромном месте, и это все логика?
– Мы не забрались, с нами была представитель муниципалитета.
– Это и странно. Может быть, Моника Сергеевна и рассказала, где спрятано тело?
– Мы бы не нашли его, если б не козел.
– Кто? – глаза Павла Владимировича округлились.
– Машка. Козел.
Глаза стали еще больше.
– Тьфу, ну, это долго объяснять, я сама не знаю, почему они этого козла зовут Машкой. Она… он… увязался за нами и откопал клочок плаща.
Чего Саша не ожидала, что следователь расхохочется, чуть ли не до слез. Он сразу показался симпатичным. Чуть постарше Саши, взъерошенный, полноватый.
– Я с вами с ума сойду. Сначала логика, потом козел. Не пойму, вы на досуге частным детективом подрабатываете или юморески со сцены читаете?
– Знаете что… позвоните вашему коллеге в Городенце. Саша продиктовала номер и назвала фамилию Андрея, знакомого по поиску маньяка в заснеженном российском городке.
Павел Владимирович при ней же набрал номер, объяснил ситуацию, и, что обидело девушку, посмеялся, услышав что-то, причем на другом конце трубки тоже явно смеялись.
– Привет вам, – сказал следователь, нажав «отбой». Так вы у нас мисс Марпл международного уровня? Вот это повезло!
– Хватит издеваться. Если б не мы, никто бы труп не нашел. А кто-то ведь ищет эту женщину! Мы ради этого все и затеяли. Хотели узнать, кто она.
– А может это работа полиции?
Тут Саша взвилась:
– Полиция рукой махнула, не поверили Монике, и даже приезжать не хотели, когда мы плащ нашли.
– Не вы, а козел, – снова засмеялся следователь. А потом посерьезнел:
