Он за мною, видно, шел,Взял за локоть: «Слушай, Люся,Будет очень хорошо,Я живу в отдельном люксе».У него усы густыИ глаза как две букашки,И виднеются кустыИз-за ворота рубашки.Я не Люся, говорю,А зовут меня Тамара,И такого не терплю,И такие мне не пара…Десять лет варила суп,Десять лет белье стирала,Десять лет в очередяхКолбасу я доставала,Десять лет учила яСверхсекретное чего-то,Десять лет сидела яУ окошка на работе,Сердце стачивая в кровь,Десять лет дите растила —Что ж осталось на любовь?Полтора годка от силы.Не смутился он ничуть,Только глазом гладит платье:«Я за вечер заплачу,Сколько за год тебе платят».Я играла в мяч ручнойЗа спортивные награды,И была я центровой,И бросочек был — что надо.Я авосечку-сумуИз руки переложила,Кавалеру своемуМеж букашек засветила!Мне до «Щелковской» метро,А от «Щелковской» — автобус,А в авоське шесть килоОвощных консервов «Глобус».Открываю тихо дверь —Дочка долбит фортепьяно,Ну а мой любимый зверь —Он лежит, конечно, пьяный.Снять ботиночки с него,Не тревожа, постаралась,От получки от егоТрешка мятая осталась.На плите чаек стоит,Дочка сладко засыпает,За окном моим ГАИГромко частников ругает.Глянешь в телик — дым и чад:Поколенье молодое —Все с гитарами, кричат,Как перед большой бедою.Убрала я со стола,Своего пригрела Пашку…Все же мало я далаТому гаду меж букашек.1978, Памир<p>Он улыбнулся ей в табачном дыме</p>Он улыбнулся ей в табачном дыме,Она согнула щипаную бровь,И вспыхнула тотчас же между нимиБольшая настоящая любовь.Чтоб жизнь бы протекала без заминкиПод песню «Голубого огонька»,Принес он ей неновые ботинкиИ очень новый томик Маршака.Они взялись с упорством дилетантовОсуществлять заветную мечту.Он сшил себе костюм официантов,Родители сложились на фату.Три дня они имели по законуИ делали, что делать надлежит.Сказал на свадьбе Тюрин, предместкома:Главой семьи является мужик.1978<p>Английский язык</p>К вопросу о привлечении к массовым киносъемкам местного населения, а также о некоторых аспектах изучения английского языка в отдаленных сельских местностях
