– Что они там будут. – И прежде чем возмущённый старпом потребовал объяснений, суперкарго продолжил: – Потому что тварей не оказалось на берегу, Аксель. Мы на Мартине уже несколько дней, но не видели ни одного крупного хищника – только мелочь. А крупных не может не быть.
– Кто тебе сказал? – проворчал Крачин, недовольный тем, что сам не додумался до столь простого вывода.
– Опыт, – вздохнул Бабарский. – Я видел много планет и по всем бегали крупные хищники.
– Без исключений?
– Без исключений.
– Может, на Мартине мы их просто не видели?
– Мы прошли изрядное расстояние по широте и достаточно большое – по долготе. Мы сменили климатическую зону и должны были увидеть хоть кого-то…
– Я понял.
– А раз не увидели на суше, значит…
– Да понял я! – Аксель понимал, что ИХ далеко не дурак, на «Пытливом амуше» дураки в принципе отсутствовали, даже среди нижних чинов, но он никак не ожидал, что Бабарский проявит такую внимательность в столь далёкой от его деятельности области.
– Думаешь, это рыба?
– Нет, конечно, – качнул головой суперкарго. – Я ставлю на что-то вроде морского змея или дракона.
– Нет, – неожиданно произнёс Квадрига.
– Нет? – переспросил ИХ.
– Нет, – подтвердил Галилей.
– А кто, в таком случае?
– Сам посмотри, – предложил астролог, кивая головой.
Несколько очень коротких и страшных мгновений… настолько страшных, что показались невыносимо долгими… Бабарский смотрел на Квадригу, затем повернулся и увидел стремительно приближающуюся к берегу тварь. Точнее, сначала он разглядел её глаза. Её огромные жёлтые глаза… Ничего больше: ни клыков, ни когтей, потому что они были скрыты под водой. Ничего, кроме глаз. Но этого было достаточно, чтобы понять, что всё остальное: и клыки, и когти не просто есть – они огромны…
– Ипатый заусенец, – очень тихо произнёс Аксель.
Тварь приближалась быстро, но при этом – бесшумно. Вода расходилась перед ней очень тихо и плавно, без брызг, без всплесков – эволюция создала на Мартине идеального водного хищника.
– Ты был прав: похожа на дракона, – добавил Крачин.
– Непохожа, – ответил Бабарский, продолжающий смотреть твари в глаза.
– Почему не похожа?
– Потому что дракона не интересует добыча, до которой он не может дотянуться.
– В смысле?
– Дракон не реагирует на тех, кто стоит так далеко от берега, как мы.
Галилей хихикнул. Аксель, который догадался, что имеет в виду Бабарский, побледнел.
– Сейчас он достигнет мелководья, и всё станет ясно, – закончил свою мысль ИХ.
– А не будет слишком поздно?
– Уже неважно.
Потому что тварь очень естественно перестала плыть и побежала по мелководью, наконец-то показавшись путешественникам во всей красе.
– Крокодил, – улыбнулся Квадрига, разглядывая гигантского, длиной не менее пятнадцати метров, ящера.
– Это земноводное? – ошарашенно спросил Аксель.
– Это плотоядное! – выдохнул Бабарский, после чего развернулся, схватил Галилея за руку и потащил за собой, одновременно завопив: – Спасите!
– Я ведь обещал, что будет… э-э… интересно, – произнёс Мерса, наблюдая за бегущим Бабарским с безопасного расстояния.
– Вы говорили, что меня удивит взлёт паровинга, – припомнила ведьма.
– Мне кажется, сейчас тоже получилось неплохо, – неожиданно хладнокровно ответил алхимик. Неожиданно – для ведьмы. – А паровинг никуда не денется: раз адира Кира решила отправиться на разведку – она отправится на разведку.
– Олли? – синеволосая подняла брови.
– Синьора Аурелия, – Мерса чуть поклонился.
Вот как это бывает: совершенно незаметно. Только что алхимик тянул любимое «э-э…», а сейчас улыбается, глядя ведьме прямо в глаза – уверенно, спокойно. Как никогда не смотрел Энди.
– Мы договорились не использовать слово «синьора».
– Прошу меня извинить.
– Пожалуйста… – Синеволосая почувствовала лёгкую неловкость, совершенно неожиданную и весьма странную неловкость, вызванную тем, что рядом с ней оказался другой мужчина. Тот же самый, но абсолютно другой. Не Энди.
Другой…
– Вы на удивление быстро поняли происходящее, – кашлянув, сказала Аурелия. Только для того, чтобы хоть что-то сказать. Чтобы пауза не затянулась.
– Ваша фраза показала, чем вас увлёк Энди, – вежливо ответил Оливер А. Мерса. – Всё остальное я вижу собственными глазами.
И алхимик с улыбкой посмотрел на удирающих от гигантского ящера офицеров.
– Вас забавляют спасающиеся от смерти друзья? – Ещё одно неожиданное чувство: ведьму царапнуло отношение Олли к происходящему. Да, он цепарь, да, видел много, несмотря на всю застенчивость Энди, видел алхимик много, но разве это даёт ему право на подобную холодность?
Но в следующий момент синеволосая поняла, что ошибалась.
– Поверьте, Аурелия, с ними всё будет в порядке, – с прежней улыбкой ответил Мерса. – Просто немного пробегутся перед ужином…
– Полагаю, мессер, некоторые члены команды не отказались бы от вашего участия, – спокойно произнёс Валентин, наблюдая за выбравшейся из воды тварью. – И кстати, раз уж у нас зашёл разговор о земноводных: вы уже придумали название для этого чудовища?
– Пока нет, Теодор, – ответил дер Даген Тур, внимательно изучая ящера. – Как тебе Ихбестир?
