Я не успеваю совсем чуть-чуть. В грудь словно таран бьёт ледяная глыба, и если бы не воздушный щит, который я инстинктивно возвожу, от меня остались бы только кровавые ошмётки. Но не в этот раз!
Меня швыряет на подиум, относит назад, но я успеваю с размаха вонзить меч в грубо сколоченные доски, усиливая этот удар магией, и останавливаюсь. Вокруг рассыпаются льдинки чужого заклинания…
Восприятие работает как надо — бросаюсь в сторону за миг до того, как туда, где я только что лежал, падает огненная капля, расплёскивая вокруг себя пламя. Ещё рывок на опережение — и ухожу от воздушного лезвия Эйрика, разнёсшего позади меня чудом уцелевшие стулья, на которых во время награждения сидело командование.
Стараясь не отпускать волю, «раздваиваю» сознание, и второй его частью пытаюсь обхитрить капитана «чёрных».
Не знаю, каким чудом, но у меня получается вызвать «Пылевой щит», скопировав в него структуру «Кровавой сети». Именно той, которой обучал Беренгар, а не топорной, которой я разрубил двух хррашей на поле боя.
Гибкой, способной не убить, но задержать заклинание, оружие…
…Или человека.
«Замедленный» восприятием, я даже успеваю заметить, как на расстоянии в несколько шагов вокруг меня собираются песчинки, пылинки, куски земли. Непрерывно дрожа, они взмывают в воздух, замирают на долю мгновения, а затем невероятно быстро сплетаются в широкую сеть, которая врезается в Эйрика, опутывает его и валит с ног.
А я, оказавшись рядом, формирую символ Ар-Кэх, накачиваю его энергией, насколько могу, и отправляю в голову капитана «чёрных». Ментальное воздействие пробивает его насквозь. Мгновение, другое — и мужчина, дёрнувшись, замирает. Вокруг него всё ещё светится и мягко шелестит пылевая сеть, пока я наклоняюсь над пленённым безумцем и прислушиваюсь к его дыханию.
Жив, скотина…
А когда поворачиваюсь к Айрилен, намереваясь проверить и её, вижу, как магесса, приложив руку к окровавленному боку, пытается встать всего в нескольких шагах. Она смотрит на меня странным взглядом.
— Госпожа… — начинаю я, но она поднимается на ноги, делает шаг вперёд, покачивается и падает.
Я успеваю оказаться рядом и подхватить её. Из бока магистра Старвинг так и хлещет кровь… Проклятье! И, как назло, заклинания целительства мне неподвластны!
— Не маг, значит? — тихо произносит женщина, глядя мне в глаза.
А затем теряет сознание.
Звук тысяч копыт и громыхание тележных колёс разносится над холмами и пролегающей через них дорогой, местами вымощенной камнем. Слева — огромные заснеженные пики, покрытые густым лесом. Справа — всё те же пологие холмы, в только-только поднявшейся зелени и распустившихся цветах, благоухающих невероятным ароматом. Над головой — пронзительно голубое небо.
Тепло, красиво… Спокойно…
Я смотрю на едущую чуть впереди Айрилен и тихонько качаю головой.
Даже не верится, что получилось выкрутиться!
После того как удалось спеленать Эйрика, я вынес магессу из эпицентра бойни и на одной из соседних улиц передал её спешащим на помощь солдатам.
Хотел вернуться на площадь и помочь тем, кто ещё сражался, но выяснилось, что бойня уже закончилась.
Отец и другие маги, которые присутствовали на параде, после первых мгновений хаоса смогли собраться и быстро нейтрализовать сошедших с ума «чёрных». Тех оказалось примерно сто человек, а прочие остались "нормальными" и помогли спеленать собратьев.
Затем выживших солдат собрали на площади, и я снова встретился с отцом лицом к лицу. Был уверен, что меня ждёт неприятный разговор, но нет. Вопросов, как я — обычный солдат — успел среагировать на атаку «чёрного» и оттолкнуть генерала, не возник. К счастью, отец не видел, моё сражение с Эйриком — он был занят прочими колдунами. И главное — доблестный генерал Слэйт не узнал меня!
Да и как можно в молодом мужчине с давно небритой бородой, отросшими, длинными волосами, заплывшим глазом и синяком на всю щеку, признать лощёного шестнадцатилетнего юнца с короткой стрижкой и без всякого намёка на растительность на лице?
Что уж тут скажешь — перед награждением я специально не пошёл к уставшим целителям, у которых и так было дел невпроворот, чтобы заниматься моими незначительными ранами. Хоть и переживал, что такая “маскировка” не сработает.
В беседе с глазу на глаз я сказал, что командира магов-убийц одолела Айрилен, а я лишь вынес её с поля боя, увидев страшные раны на теле женщины. К счастью, в царившей суматохе и магическом шторме никто не разглядел, кто именно использовал магию.
Впрочем, нет. Не считая Блика, который помалкивал и даже не спрашивал меня ни о чём, кое-кто всё же узнал, что я маг. И в первые дни после бойни меня это сильно беспокоило.
Айрилен восстановилась удивительно быстро. Опасную рану, задевшую несколько важных органов, личные целители генерала Молоха излечили без проблем. Но магистр Старвинг потеряла много крови, и я думал, что она пролежит в постели декаду, а то и две.
Но уже через четыре дня, в течение которых я серьёзно подумывал сбежать, она вызвала меня к себе.
