Утренняя ссора перетекла в перемирие, а затем и вовсе забылась. Наступил вечер, кондиционер прохладным воздухом обдувал комнату, пока в окна дома проникали ярко-желтые лучи света и нагревали напольную плитку.
Дэн сидел на краю кровати, закинув голову на изголовье, и поглаживал Эми по ноге.
«Знаю, о чем ты думаешь… Надеюсь, обойдется без разбирательств, хватит и одной ссоры на сегодня», – думала она.
– Не спишь? – спросил Дэн.
– Нет, просто лежу.
– Может, прогуляемся?
– Давай позже, пусть стемнеет, там сегодня очень жарко.
– Хорошо.
– Ты, кстати, так и не рассказал мне, ты сказал маме, где ты?
– Да.
– И что она на это ответила?
– Ее это не сильно удивило, я ведь уже не в первый раз так делаю.
– А про меня ты ей рассказал?
– Конечно.
– И что она сказала?
Дэн тяжело вздохнул.
– Что?
– Об этом я и хотел с тобой поговорить, когда возвращался обратно.
– О, Господи, снова сложный разговор?
– Если хочешь, оставим его на потом.
– Нет уж, лучше закончим со всеми разборками сразу, видимо, такой сегодня день, к тому же, мне теперь интересно, о чем ты там хотел поговорить.
Когда Дэн рассказал Эми, о чем был разговор, она приподнялась на кровати и посмотрела на него исподлобья.
– Знаю, не стоило тебе это рассказывать, но я не могу тебе врать, тем более, когда речь идет о чем-то серьезном… Порой, лучше услышать горькую, но правду, и к тому же, она не знает, какие у нас с тобой отношения.
– Не очень приятно.
– Не думай о ней плохо, она не знает подробностей, я лишь сказал ей, что познакомился с тобой в самолете, и ей, конечно же, это ни о чем серьезном не говорит.
– А я и не думаю плохо о ней, я думаю, что ты услышал то, что хотел услышать, а это значит, что теперь ты уедешь со мной или без меня, то есть, возможно, ты меня бросишь… – размеренно произнесла Эми.
– Что ты, конечно же нет! – воскликнул Дэн, взяв Эми за руки.
Эми вопросительно посмотрела на него.
– Мы поедем вместе.
Эми закатила глаза.
– Что? Разве тебе никогда не хотелось таких приключений?
– Замечательно… ты даже не спросил меня! – возмутилась она и попыталась встать с кровати.
– Я сейчас тебя об этом спрашиваю, ведь мы только начали этот разговор, – начал оправдываться Дэн, остановив Эми.
– А если я не соглашусь, что тогда?
– Значит, мы никуда не поедем.
– А о том, что у меня есть дела, ты не подумал? Учеба, родители, работа…
– Возьмёшь отпуск, мы ведь не на всю жизнь уезжаем!
– Это ребячество.
– Не нужно так говорить, ты изначально знала, зачем я сюда еду, а сейчас называешь это ребячеством.
– Я не в том смысле, просто… ты слишком утрируешь свои желания, я не могу все вот так взять и бросить!
– Почему ты так категорично все отвергаешь? Над этим нужно подумать, я ведь не говорю тебе дать мне ответ здесь и сейчас, я просто поделился с тобой своими соображениями.
– А если я откажусь?
– Я ответил тебе уже на этот вопрос, ты сначала откажись, а потом я буду думать.
Эми снова закуталась в одеяло и легла на Дэна.
– Я не хочу ничего решать и думать, завтра ты встанешь в хорошем настроении, и мы будем так же, как и до этого, прекрасно жить.
– Навряд ли.
– Почему?
– Я устал.
– От меня?
– Нет, если бы я устал от тебя, я бы тебе так и сказал. Я устал от образа жизни, которым мы живем, все это не мое, сейчас я как птица в клетке, я устал сидеть взаперти, каждый день мы делаем одно и то же: едим, гуляем, спим, – я так больше не могу, я хочу вырваться из этого заточения.
– Для тебя это заточение? – обиженно спросила Эми.
– Я не имел в виду тебя, ты для меня теперь всё, и только ты рушишь то, что напоминает мне заточение, знала бы ты, какие эмоции меня сегодня одолевали во время ссоры, словно мир рушился под ногами.
– Но ведь ты сам виноват, ты сам все это делаешь и уже не в первый раз… Сам того не понимая, ты пытаешься делать это и сейчас. Ты просто построил какие-то стереотипы у себя в голове. Нам ведь так хорошо вместе и здесь, зачем куда-то ехать? Зачем скитаться по незнакомым местам, где тебя никто не ждет? Ведь у нас нет никакой нужды! Есть где жить, есть на что жить, будем с тобой ходить по вечерам на пляж, в кино, по ресторанам, по выставкам, а скитальческие путешествия заменим нормальными, будем кататься на лыжах в Аспене, зимой летать на острова, только представь…
– Это все не то, я не хочу так, я, может быть, и мог бы… но мне этого мало, я только что вырвался от этого и, если меня заставить жить в таких условиях, то это буду уже не я, это будет не тот человек, что тебе нравится, меня поглотит депрессия, и мы погрузимся в бездну бытовых конфликтов. Как видишь, они уже начались, дальше будет хуже, сидеть возле телевизора с банкой пива или ходить по ресторанам я не хочу, это не мой мир, я не хочу существовать, я хочу жить, хочу гореть, хочу радоваться и заниматься тем, что мне по душе.
Эми все это время слушала Дэна, смотря в потолок, теперь она развернулась и посмотрела Дэну в глаза.
– То есть, если я не соглашусь, ты оставишь меня и поедешь заниматься тем, что тебе по душе?
– Ну вот опять…Ты услышала то, что хотела услышать.
Эми молча продолжала смотреть на Дэна.
