- Извините... - развожу руками.
- За что извиняетесь, Даша?
- Ну... - пожимаю плечами. - Внесла хаос и смуту. Спровоцировала, видимо. Дала почву для сплетен и скабрезностей. Я всё понимаю...
- Перестаньте... Май - взрослый мужчина. В состоянии и со смутой справиться и со сплетнями.
- Спасибо Вам.
- За что?
- Что анафеме не предаете.
Усмехается.
- Мужчине положено влюбиться, жениться, семью создать. За что же предавать?
- За то, что он намного младше, например.
- Мужчина - это не возраст, а мера ответственности, Даша. Май сам способен решить, какая ему женщина нужна.
И здесь поженили!
Господи, куда бежать? Как потом работать, когда все закончится?! Это они меня пока все "принимают". А качнет нас с Маем, также дружно и распнут, да?
Пусть будет только здесь и сейчас! Как-то выживу потом…
- Даш... Мы так опоздаем, - мягко давлю я, не понимая, почему она так взвилась.
- Я не могу... Не могу... - тихо и сдержанно истерит Даша. - Я не вижу в этом смысла. Я себя очень плохо чувствую. Я не знаю как отвечать на их вопросы, у меня нет политкорректных ответов. У меня нет сил улыбаться в конце концов!
- Не улыбайся.
- Нет! Я не соглашалась на знакомство с родителями, Май! Это преждевременно и тяжело для меня! Ты организовал это без моего согласия!
- Даш... Они в России бывают максимум раз в году.
- И это прекрасно! - психует она.
- Ладно, я понял.
Замолкает.
- Извини меня, пожалуйста, - закрывает глаза. - Я сейчас нагрубила. Я не хотела...
- Мама тебя как-то обидела?
Она не могла... Но вдруг Даша что-то не так поняла?
- Нет! Боже... Нет, конечно. Она очень приятная.
- Я не буду настаивать больше, Даш. Ладно. И я, конечно, объясню все так, чтобы это выглядело вежливо с твоей стороны.
- Спасибо...
Но я, конечно, не передать как расстроен!
Молча везу ее домой. Эйфория от победы рассеивается.
Напряжение нарастает настолько, что окна сейчас вылетят.
Я прислушиваюсь к этому звенящему напряжению. От него больно...
Останавливаю машину около подъезда. В груди ноет... И будет ещё сильнее ныть весь вечер. И я теперь сам не знаю, как ехать на этот ужин. Я чувствую себя больным.
- Пока, Май...
- Не поцелуешь меня?
- Нет, - вздрагивают ее губы.
- Я резко стал хуже и не интересен из-за того, что у меня есть родители?
- Нет.
- А почему ты меня не поцелуешь, тогда? - грохочет мое сердце.
- Потому что... Потому что я чувствую вину. Я ненавижу чувство вины! Я от него отказалась! А сейчас я его снова чувствую. И единственное, что мне хочется сейчас, свалить подальше от того, кто своей обидой швыряет меня в это чувство!
Я обижен? Не знаю... Может быть.
- Потому что я не виновата перед тобой, Май! Но внезапно оказалась виноватой.
- Хорошо... - слушаю грохот в ушах.
- Что - хорошо?! Что?? - агрессивно болезненно улыбается мне. - Что во всем этом хорошего?!
Ее обветренная нижняя губа лопается прямо по середине, капля крови набухает и течет вниз.
- Даш... Что с тобой?
- Со мной?.. - растерянно проводит пятерней по волосам.
Резко успокаиваясь, сжимает переносицу.
- Был тяжёлый день. Я хочу полежать лицом к стенке. Одна. И не быть осужденной за это.
- Проводить тебя?
- Нет...
Подаётся вперёд, целует в щеку. С досадой стирает с моей щеки свою кровь.
Мне кажется, всё рушится. Я не могу понять почему. Где я так катастрофически налажал?!
- Помнишь, мы говорили с тобой о том, что как только перед тобой появится какая-то другая Даша, ты пойдешь жить свою жизнь. Без чувства вины. Возможно, это тот момент, когда уже пора.
- Что, прости? - цежу я.
- Ты услышал. Ты очень хороший. Ты идеал, Май. А я... нет.
- Это ты меня так послала?
Сглатываю ком в горле, наблюдая за тем, как трясутся ее пальцы.
- Открой, - дёргает дверцу.
- Минуту...
Вожу пальцами по коже руля, сосредотачиваясь на тактильном ощущении. Чтобы переключиться с истерики, в которую она меня затаскивает.
Аиша говорит, что женщины эмоциональны, импульсивны и в некоторые фазы своего цикла не могут контролировать себя. И это их природа. Ее надо любить и принимать. Или - не позволять себе присваивать женщину, оставив ее более сильному мужчине, который способен это любить и принимать.
Это, оказывается, не так просто... Но разве мужская природа слабее, чем женская?
И я дышу глубоко, не позволяя себе заводиться.
- Открой, пожалуйста.
- Посиди немного.
- Зачем?
- Ты... напылила здесь. Наговорила. Хочешь сбежать с этим... А я жду пока ты остынешь. Прекратишь со мной... "драться".
- Я не прекращу, Май.
- Ты очень больно дерешься, - улыбаюсь ей грустно. - Больнее, чем Дадаев. А я даже защищаться боюсь... Чтобы ты об меня не поранилась. Немного полегче, пожалуйста...
Губы ее вздрагивают обиженно, как у маленькой.
Закрывает лицо руками. Судорожно вдыхает.
Обнимаю, впечатываясь губами в ушко.
- Я люблю тебя... Если тебе надо лежать лицом к стенке, я буду стоять рядом, чтобы никто тебя не трогал. Ты только скажи мне, что я нужен... И всё.
- Ну, хочешь, я поеду с тобой? - плачет,размазывая тушь руками, задыхаясь втягивает воздух. - Я приведу себя в порядок, и поеду. И буду нормально себя вести, обещаю!
- Я все разрулю с родителями. Не надо ехать.
