Я оглянулась и увидела группу студентов — несколько девушек и парней, среди который были и эльфы. Ко мне обратился самый высокий из них — темно-русый, с сережкой в левом ухе и татуировкой в виде сплетенных лоз на щеке.
— Спасибо, — осторожно ответила я, еще не поняв, издеваются надо мной или хотят подружиться.
Но выяснить это так и не удалось.
— Что здесь происходит? — раздался рядом знакомый голос. — Диана?
— Да, магистр, — я сглотнула и обернулась.
Натиэль был не в духе. И столпотворение студентов в коридоре не улучшило его настроение.
— Иди за мной, — бросил остроухий и, не дожидаясь ответа, стремительно зашагал по коридору.
Пришлось плестись следом. Интересно, что я опять сделала не так. Вряд ли это из-за дырки в полу кабинета алхимии. Тем более, что она только в процессе появления.
Уходя, я поймала несколько сочувствующих взглядов. Ну, даже если меня сегодня и выгонят, то по крайней мере, запомнят.
Натиэль привел меня в уже знакомый кабинет, закрыл дверь и приказал:
— Рассказывай!
— Что?
— Все! — рявкнул эльф. — Что ты делала в комнате Арланды? Почему после твоего визита ее сундук вскрыт, а золотая чаща пропала?
— А я тут причем? Или вы подозреваете меня в краже чужих драгоценностей?
— Называй меня на «ты»! — еще раз рявкнул эльф.
— Так вот, будет тебе известно, пусть у меня и нет денег, но до кражи чужих вещей я не опущусь.
«Могу только эти чужие вещи малознакомому некроманту отдать», — добавила я про себя.
— Как нет денег? — даже растерялся остроухий.
— Кошелек прихватить не успела, пока меня похищали, — фыркнула я.
Эльф открыл ящик стола, вытащил увесистый бархатный мешочек на завязках и положил на стол:
— Бери, на первое время хватит.
— Обойдусь без подачек, — гордо отказалась я.
— Не будь дурой, — неожиданно устало вздохнул эльф и сел на край стола. — Считай, что это твоя стипендия. Все студенты ее получают.
— Многовато, — с сомнением проговорила я.
— Тогда прибавь в ней последнюю зарплату Арланды, которую она не успела получить. Все, заканчивай препираться.
Он взял мешочек и вручил мне. Тот оказался довольно увесистым. Я с сомнением покачала его в руке.
— Мне кажется….
— Бери! — прошипел эльф.
Под его бешеным взглядом я послушно сунула деньги в сумку.
— А теперь рассказывай. Правду.
— Я же тебе говорила — не знаю, что произошло. Легла спать у себя, проснулась от твоего оклика уже в чужой постели. Не брала я оттуда ничего, кроме одеяла. Его могу вернуть хоть сейчас.
— Ты видела золотую чашу?
Я задумалась. Теперь главное не запутаться. Могла ли я видеть чашу, если проснулась при появлении эльфа. Нет, не могла. Чаша в это время была уже у некроманта, а некромант в шкафу, а шкаф в утке, а утка в яйце… ну или как там правильно.
— Нет, не видела, — замотала я головой. — Я вообще мало что разглядела. Комната как комната. Если не веришь, обыщи меня.
В сердцах предложила я, но вспомнила про Эдика и тут же пожалела об этом.
Эльф поморщился.
— И пока ты спала, ничего не слышала? Тебя никакой шум не будил? Может, сквозь сон?
— Да нет вроде, — я старательно задумалась. — А что, много вещей пропало?
— Не имеет значение, — отмахнулся остроухий. — Главное, чаша.
— Дорогая, да?
— Не в этом дело.
Натиэль сел в кресло и задумался.
— Слушай, — тихим голосом произнесла я, присаживаясь на краешек стола так, чтобы эльфу было хорошо видно мое бедро в вырезе юбки, — я, конечно, не знаю, что у вас тут произошло. Но, может, ты хотя бы объяснишь, из-за чего я сюда попала?
Я решила, что неплохо было бы узнать версию Натиэля. А то Эдик мог кое-что недоговорить или творчески подойти к интерпретации произошедшего.
Остроухий пару секунд помедитировал на вырез, потом перевел взгляд выше и спокойно ответил:
— Ты здесь потому, что моя жена не захотела понести наказание за свое преступление.
— Какое преступление?
— Она убила человека.
— И ты в этом уверен?
— Хотел бы я ошибаться, — он поднялся, подошел к окну и отвернулся, заложив руки за спину, — но против нее слишком много улик. Да и… за последние годы Арланда сильно изменилась. И не в лучшую сторону. Новые знакомства, тайные встречи, подозрительные дела…. Она связалась не с теми людьми, и вот к чему это привело.
Он замолчал. Неожиданно я поняла, что сочувствую эльфу. В его голосе было так много искренности и боли…. Поддавшись внезапному порыву, я спрыгнула со стола, подошла к мужчине и положила руку ему на плечо.
Эльф обернулся, посмотрел мне в глаза и тихо произнес:
— Ты так похожа и одновременно не похожа на нее, — он провел рукой по моей щеке и взял за подбородок, заставляя приподнять голову. — Одно лицо, жесты, мимика, но такие разные глаза. В твоих еще нет холода и предательства.
Я завороженно смотрела в большие синие как озера глаза эльфа. И в них было столько невысказанного, что у меня поневоле перехватило дыхание. А потом он склонился и поцеловал меня. Я закрыла глаза, голова кружилась, мысли путались. Стук сердца отдавался в висках. А потом усилился и слился со стуком в дверь.
Натиэль, тяжело дыша, выпустил меня из объятий. И хрипло спросил:
— Кто?
