«Хватит ставить в конце каждого предложения многоточие. Это не придает твоему образу загадочности!»
«Хватит орать на меня через телефон — лучше сделай это лично:)»
«Буду орать на тебя как хочу и когда хочу!»
Я пожалела, что начала этот разговор, потому что его голосовое сообщение выбило почву из под ног: «Мне кажется, или ты так просишь заткнуть твой милый рот моим…» Я отключила телефон и закинула его под подушку. А если бы Настя зашла в комнату? Додумался же прислать голосовое! Ещё и о таких пошлостях говорил.
«Придурок!» — накричала тихо на телефон.
«А не пора ли тебе спать?) Кто-то жаловался, что ему завтра на работу.»
«Мне не спится…»
«Представь, что я рядом и обнимаю тебя. Спокойной ночи, Майя.»
— Не спишь еще? Я высушу волосы тогда? — Настя нарушила мой покой. Вот всего минута отделила меня от неописуемого позора и многочасового выпытывания всяких подробностей.
Я лишь кивнула, отложила в сторону телефон и уткнулась взглядом в стену. Закрывала глаза и вспоминала Кирилла, его руки, его вкус и запах. Как мы спали в обнимку, как купались в реке, как… еле выдержала, чтобы не вскочить и не заверещать. Что этот парень сделал со мной? Почему я настолько им поглощена, что даже своих собственных мыслей не слышу. В каждой клеточке тела был Кирилл, в каждом вздохе и взмахе ресниц. Это и есть влюбленность? Тогда что было с Денисом? Как назвать мои прошлые отношения?
Мне помог заснуть шум фена. Монотонный гудящий звук подействовал на меня как белый шум и расслабил тело. Спасибо Вселенной за то, что у моей подруги такая густая и непослушная копна волос. Утром, правда, я чувствовала себя разбитой. Как будто похмелье догнало слишком поздно. Может, я и вовсе была до сих пор пьяной.
Меня ждали хорошие новости — группы утвердили на сентябрь. Девочки, которым понравилось вводное подтянули еще подружек и работы предстояло очень много, с утра и до самого вечера. Мы с Милой распределили нагрузку, чтобы я могла и своим тренировкам уделять время. В любом случае, пахло деньгами. И тем, что я смогу оплатить себе костюм и участие в соревнованиях.
Всё было бы хорошо, если бы не было так плохо. Работа в балетной студии и тренировки выматывали нещадно. Не было сил не то что на флирт с Кириллом, а в целом на поддержание функционирования организма. Моя физическая форма явно стала лучше. Теперь я не была хрупкой девушкой: если напрячь мышцы, то впору выступать как бодибилдер.
Кирилл тонко чувствовал моё состояние, а потому ушел от уже ставшего привычным «грязного флирта» и окружил меня какой-то даже чрезмерной заботой.
— Перерыв, — объявил он строго и выключил музыку.
И хоть у меня уже темнело в глазах, но я уперто желала продолжать.
— Нет. Всё ещё плохо, — я подошла к колонке и включила музыку назад.
— Майя, всё отлично.
— Нет! — закричала я и увидела в его глазах недоумение. — Прости.
Запустила руки в мокрые от пота волосы и села на пол, устраиваясь поудобнее. Из зеркала на меня смотрела задница бабуина — мое лицо было таким же красным и как будто слегка опухшим.
— Ты так усердна, что даже я за тобой не поспеваю.
— Я хочу победить.
— Я знаю. Но не обязательно делать это с первого раза, — Кирилл протянул мне бутылку воды и сел рядом.
— Спасибо.
Мелкими глотками пила воду, горло смыкалось, что вызывало боль. Всё тело горело как будто мы находились не в зале, а в пустыне под палящим солнцем. Кирилл дотронулся до моей щеки: его рука показалась ледяной, и я отпрянула.
— Да ты горишь.
— Ну вот мы и делаем перерыв. Жарко.
— Нет, — Кирилл приблизился и коснулся губами моего лба. — У тебя температура.
— Не может быть, — отмахнулась от него и попыталась встать.
Но в глазах продолжало темнеть. Я пошатнулась, Кирилл подхватил меня.
— Майя, что за детские разговоры. У тебя стеклянный взгляд и ты красная как вареный рак.
«Так бабуин или рак?» — задала себе мысленно вопрос.
— Скорее всего, это просто переутомление.
— Даже если и так, ты идешь домой и отдыхаешь. Я отвезу тебя.
Кирилл хоть и не любил водить, но стал чаще это делать. Объяснил это тем, что не хочет, чтобы я по ночам ездила в общественном транспорте одна. Но думаю, он всего лишь хотел подольше побыть вместе. Я не противилась.
Кирилл говорил со мной голосом строгого отца. Во всяком случае, я это так себе всегда и представляла. То есть, если бы у меня был отец, он бы вот так ругался на мое состояние и просил отдыхать. Наверное…
— Ладно. Поехали, — я снова попыталась встать, но тут живот пронзило резкой болью и я согнулась пополам.
Я едва не закричала от боли, на лбу выступил пот. Меня бросило в озноб и начало тошнить.
— Майя, что с тобой? — обеспокоенно засуетился Кирилл и обнял меня. Его руки тряслись. Или это меня трясло так сильно, что он не справлялся? — Ты теперь позеленела.
— Меня… тошнит… Помоги мне, — прикрыла рот рукой, боясь вывернутся прямо на паркет.