-Мне какое дело? Я хочу, чтобы мужчина - мой мужчина, видел меня. Любил меня. Хотел тоже меня. Быть чьей-то заменой я не готова. А ты своих тараканов сам разгоняй. Я тебе - не помощница. Пусти, меня такси ждет.
Мужские пальцы разжались.
-Мы могли бы попробовать... - и снова эта нерешительность. Словно он сам не знает, зачем все это мне говорит.
Оборачиваюсь в дверях. Какой же он красивый! Это просто преступление. Не должен быть мужик таким, чтобы сердце от одного взгляда на него заходилось так, будто машина на максимальной скорости.
-Ничего мы пробовать не будем, - отчеканила твердо.
Для него это так... Игра... А я? Что после того, как он наиграется, будет со мной? Я же не соберу себя из обломков... Я не пазл.
Все время, что я шла по пустому дому, я уговаривала себя, что я все сделала правильно.
Лишь в чужой машине сделалось так одиноко и холодно, что захотелось завыть. И броситься назад.
Вот только - это слабость.
А слабые не выживают.
Артем
Пока Сашка уезжала, я стоял возле окна, смотрел ей вслед и не давал себе выскочить за ней следом, чтобы вытащить из машины, отнести в спальню и сделать с ней все, что теснилось в моем воспаленном мозгу. Именно с ней.
Что за ведьмы в этой семье? Только одну из головы выкинул, как черт столкнул меня со второй. И если с Полиной, все можно было валить на неудовлетворенный интерес охотника, то на что мне валить в ситуации с Сашкой, чтобы хоть самому себе объяснить свое идиотское поведение, я не знал.
Я испытывал дикое желание хлопнуть себя ладонью по лбу от одной лишь мысли, каким ослом я выглядел несколько минут назад, предлагая Сашке попробовать отношения со мной. И ведь, если разобраться и включить голову, мне надо было от нее бежать. Но она меня и тут опередила. Ушла... Сбежала... Оставив эту вонь земляникой. Что травит мне сейчас внутренности. Потому что я хочу вдыхать этот запах, заполняя девчонку собой и кайфуя от того, что я - первый. Что-то подсказывает, что я сломаю об нее зубы. Или завязну ими в ней. Как в щербете.
Встряхнул головой. На хрен все. На хрен этих Смирновых. Александре вообще эта фамилия идет, как корове седло. Смирная она. Ага. Три раза. Так у меня поэтому шишка на голове до сих пор не прошла. Вспоминаю, что обещал сам себе - ни за кем больше бегать не буду.
Вчера в клубе познакомился с девчонками. Одна из них, Кристина, блондинка, кстати, очень ничего. Я ее номер даже записал.
Упрямо нажал на вызов. Нужно просто натрахаться, что от баб блевать тянуло.
И всё.
Трубку Кристина все же взяла. И уже через пару часов я с шампанским ввалился к ней в квартиру. А потом долго имел ее на черных шелковых простынях. Боясь и желая снова ощутить аромат земляники.
Которого не было. Как и фейерверков. Как от простых поцелуев с Сашкой. Было хорошо. И не более.
Через сутки я улетел обратно в Австралию. Завершить образование. И работать в филиале, что служило бесценным опытом.
Про Сашку не спрашивал. Ни у отца. Ни у Олеси.
Постепенно дела и заботы закрутили. И я стал вспоминать пахнущую летней ягодой девчонку все реже. Это было правильно. Я - не герой ее романа.
Рождественские праздники затянули всех знакомых. Вереница девушек надоела. Накрапывающий дождь бесил. Календарь сухо оповещал, что сегодня 27 декабря.
Именно в таком настроении меня застал отец.
-Привет. Как дела?
-Нормально, - хмуро отозвался, подойдя к окну и рассматривая разноцветные зонты, - У вас как?
-Снег идет. Олеся с Есей елку наряжают.
Затем последовала пауза.
-Сынок, ты б прилетел, что ли? Новый год, все-таки. Чего ты там один? Все равно, сейчас нормально никто не работает.
Я представил, как крупные хлопья снега, кружась, тихо падают на землю. И как здорово, просто стоять в саду и, задрав голову кверху, чувствовать, как снежные хлопья тихо ложатся на лицо и медленно тают. Красота же! Новогодняя сказка...
-Прилечу, - вырвалось у меня прежде, чем я сообразил, на что подписываюсь. Но давать обратный ход не стал.
Я пытался улететь 27. Я пытался улететь 28. И 29 тоже. Наконец, удача мне улыбнулась 30 декабря. Да так, что к отцовскому дому я подъезжал в двенадцатом часу ночи. В дурацкой шапке Деда Мороза.
Встречать меня вышел отец. Позже я подумал, чтобы я не сбежал.
Потому что в гостиной меня ждала дружная, веселая семья. Которая мне не очень-то обрадовалась. Но надо отдать должное Олесе - было уютно. Пахло домом и праздником. Вот только не моим.
Кроме Олеси, в гостиной обнаружились Матвей, Полина. И Сашка, которая улыбнулась мне во все тридцать два зуба и спросила:
-Тебе салатика положить?
В какой-то момент мне захотелось развернуться и уехать в свою пустую московскую квартиру, но папа Влад подпихнул меня сзади в спину и рыкнул на ухо, чтобы не слышала его обожаемая Олеся:
-Иди!
Кажется, папа удружил не только мне, но и Матвею с Полиной. Судя по взглядам, которыми они обменялись. Раздались сухие приветствия. Ссориться никто не хотел. Праздник, все же.
Но внимательно оглядев лица Олеси и отца, я пришел к выводу, что это явно не случайность. И жена отца была в курсе, что я должен был приехать.
-А Еська где? - спросил я у нее.
