Следующий тяжелый предмет ударяется в дверь, которую я все-таки успеваю за собой закрыть, выбежав в коридор и прикрывшись полотенцем. Следом в двери щелкает замок. И я с огорчением понимаю, что обратно меня не пустят. Возвращаюсь к себе и стону сквозь зубы. Вот это я отжег...
Что же будет завтра? Отбрасываю полотенце, которое воняет земляникой. И пытаюсь окончательно прийти в себя. Я просто перепил. Просто. Перепил. А стояк не падает - это физиологическая особенность. И еще эта, черт ее дери, земляника.
Рычу сквозь зубы ругательства, становясь под струи воды. И там представляю гибкое мягкое тело в своих руках, веду по члену ладонью. Вверх- вниз. И так до тех пор, пока не взрываюсь оргазмом, ощущая во рту вкус Сашкиной кожи.
Саша
Я смотрела в окно на мерседес представительского класса и ощущала себя попавшей в другую реальность. К вещам в этом доме мне было страшно прикасаться. Такое впечатление, что вся обстановка здесь или большая ее часть была арендована в каком-нибудь музее. В который раз уже пожалела, что поддалась на уговоры Полины. Но и настоять на своем я не смогла. Три месяца назад мы похоронили бабушку. Полина была на девятом месяце беременности, чуть не родила раньше срока. Мы с Матвеем тогда не на шутку перепугались. Сейчас племяшке уже два месяца. Она - классная. Но хлопот с маленьким ребенком много. Поэтому я не стала нервировать молодую мамочку еще сильнее. Совести не хватило. Почему-то Полине казалось, что если я поселюсь у Олеси с мужем, то это гарантирует мне какую-то защиту. Не очень понимая, чего она боится, но не желая нагнетать и без того тяжелую обстановку, я решила, что проявлю свою самостоятельность в другой раз.
Но... Я не ожидала, что мне будет так некомфортно. Муж Олеси на меня, конечно, косо не смотрел. Да и общались мы до этого. Но тогда я не понимала, насколько он богат. И никак от него не зависела. Разговаривать с Олесей по поводу того, что, возможно, мне стоит снять жилье и переехать, оказалось плохой идеей. Она просто повертела пальцем у виска и посоветовала посмотреть цены на жилье в столицы. Я последовала ее совету. И приуныла. Своих заработков у меня не было, а просить у сестры такие астрономические суммы - это как-то чересчур. Если поступлю, то смогу рассчитывать на общежитие. Конечно, то, что я приехала в Москву, было скорее продиктовано моей амбициозностью. И потрясающими результатами ЕГЭ. Для чего я упорно трудилась несколько лет? Для того, чтобы поступить в местный вуз? Нет, я хотела лучшего для себя. Может, это было и неправильно. Экономика меня не очень интересовала, поэтому я выбрала программу международной журналистики. По литературе и иностранному языку у меня были высшие баллы ЕГЭ. Я надеялась, что все получится.
Единственное, что примиряло меня с проживанием в этом доме, что я здесь ненадолго - только на то время, что нужно сдавать вступительные. А еще, что сына Владислава Сергеевича здесь не было. Он уже несколько лет жил в австралии. Более бесячего персонажа трудно себе представить. Самовлюбленный, наглый, эгоистичный, избалованный... Список его недостатков был внушительным. И ничего положительного в нем я не заметила. Ну, кроме спортивной фигуры. Правильных черт лица. И потрясающих синих глаз. Однако, если верить моей бабушке, внешность не главное. А я была склонна ей верить всегда и во всем.
К сожалению, мое спокойное существование в доме Холодовых подошло к концу через неделю моего пребывания там. Потому что ясным, погожим, июльским днем я увидела Артема возле дома. Он был не один. В компании какого-то иностранца и его спутницы. Было жарко. На мне был топ и шорты. С фигурой у меня нет никаких проблем, поэтому топ был на бретельках и коротким, шорты впрочем - тоже. Но я не рассчитывала, что меня будут рассматривать так нахально две особи мужского пола. Я привыкла к тому, что мужчины липнут ко мне лет с шестнадцати. Но вместе с тем научилась их отшивать. Времени на ухажеров у меня не было. Строить свою жизнь за счет мужского внимания я не собиралась. С трудом представляла, что кто-то указывает мне, что делать, что носить, с кем общаться. А еще если представить, что нужно просить денег на удовлетворение своих потребностей... Короче, это было не для меня. Я хотела зарабатывать. Наравне с мужчинами. А может, и больше. И ни от кого не зависеть. Полина, правда, смеялась и говорила, что, когда я влюблюсь, все глупости вылетят из моей головы.
Мужчина, стоящий рядом с Артемом, воскликнул восторженно:
-Какая русская красавица! Ваша родственница?
Было бы лучше, если бы я не поняла вопроса, адресованного Холодову. Тем более, что супруга мужчины явно не разделяла его восторгов, крепко вцепившись в локоть мужа. На пальцах у обоих я приметила идентичные кольца - обручальные, скорее всего.
Артем не ответил. Или правда не узнал. Или чересчур был занят рассматриванием моей груди. Сама виновата - надо было надеть лифчик. Но кто же знал, что я окажусь не одна?!
Прятаться в кустах показалось мне странным, поэтому поравнявшись с новоприбывшими я спросила по-русски:
