24 часа на принятие решения: не жить самому или дать умереть другому. Это не месть. Это не шантаж. Времени ответить на вопрос зачем нет. Нужно просто решить, чье сердце перестанет биться.Новым романом «Не жить» Бригадир подтверждает свое творческое кредо «не повторяться в стиле и жанре». В «Не жить» – классическое противостояние маньяка и жертвы, на первый взгляд, относит книгу к разряду психологических триллеров западного образца, но нешаблонный финал выводит за рамки привычных категорий и дает определенный ответ на гамлетовский вопрос.
Как забыл сказать Екклезиаст,
есть время жрать
и время быть сожранным.
Плевали как-то с крыши на головы прохожим две девочки – хорошая и плохая. Хорошая попала пять раз, а плохая всего три. Вот так добро победило зло…
А недавно дал знакомому DVD. За неимением времени попросил его хотя бы мельком просмотреть боевик, о котором гундосили на каждом углу. Ну вроде как – глянь и скажи, стоит ли тратить на эту кровавую драму полтора часа драгоценной жизни. Молниеносное резюме наутро меня обескуражило:
– Ну, это… короче, там добро победило добро.
– А зло?
– Зла там не было…
Вот и доверяй после этого людям смотреть трагедь, где в общей сложности было убито (не считая подтанцовки, конечно) человек десять. Причем эти десять умерли очень эффектно и вроде как спасая мир. Сотни две из подтанцовки умерли вообще бездарно, зато дружно.
Как-то в последнее время переплелись все понятия, а равно и значения со смыслами.
Причем основные. Про оттенки я не заикаюсь, ибо их никто не разбирает, кроме Тиккурилы.
Как-то в последнее время потерялось собственное мнение. То есть оно вроде есть, а пользоваться им неприятно, опасно и бессмысленно. Кого интересует твой визг из-под паровоза?
Куда-то в последнее время потерялось лицо. Но есть маска. Она очень хорошо подогнана и даже не жмет. Еще бы она жала… Рекомендации лучших собаководов! То есть, это… косметологов и стилистов…
Это, иначе говоря, имидж. Странная оболочка любого социального существа…
Красуемся, делаем покойным депиляцию, живым инъекции ботокса, а полумертвым – педикюр. Имидж – это понты, если забыть про набивший оскомину английский и назвать вещь своим именем. Сплошь и рядом под имиджем ничего нет, как ни хрена нет под пленочкой яркого воздушного шарика… Несколько граммов газа не в счет, потому как еще неизвестно, какая тварь туда чем дышала.
Или вот еще один фильм, сюжет которого я забыл начисто, но не волнуйтесь – вам он не понадобится. Там было много людей с не-амовзводными револьверами, и большинство из них было застрелено из них же. Мне там запомнился всего один момент, когда не очень благородный мститель находит не очень благородного разбойника (кстати, разница между ними в нравственном, если так можно сказать, аспекте отсутствует напрочь) и, перед тем как убить его, долго и напыщенно произносит речь. Должен заметить, что не только у меня не хватило терпения – у разбойника тоже. Он вытащил все тот же несамовзводный револьвер и убил мстителя на месте. Вытащив сигару изо рта, негодяй по сценарию и молодец по моему глубокому убеждению сказал:
– Пришел стрелять – стреляй, а не говори!
Прошло много лет с первого просмотра того фильма, но я вспоминаю его снова и снова по одной причине – иногда я тоже долго и напыщенно говорю. Хотя надо стрелять… Имидж, показуха и балаган. Что вся эта микстура делает в моей крови?
А иногда я сильно напиваюсь. В говно.
Вообще-то я этого не люблю. То есть я люблю бухать, кирять и оттопыриваться. В любом из этих действий у меня нормальный, ожидаемый, я бы даже сказал предсказуемый, образ пьяницы. Он почти не противен ближнему, и он совершенно определенно не делает меня хуже.
Но когда я напиваюсь по-настоящему, этот образ исчезает напрочь. Маска слезает с лица клочьями, и под ней проявляется нечто. Я даже не могу сказать – что. Поскольку не помню. Свидетели утверждают, что я мастерски произношу обвинительные речи. В большинстве случаев я говорю правду, но она совершенно невыносима. Этой правды нет у меня у трезвого на уме. Совершенно непонятно, откуда она у меня у пьяного на языке. Причем членораздельная речь – еще не самое ублюдочное, что у меня имеется. Еще у меня есть топор за пазухой и огромное число сумеречных фантазий. В них жизнь человеческая имеет даже не нулевую, а отрицательную стоимость.
Так что я, как и большинство народонаселения, хороший плохой. Или плохой хороший, кому как нравится.
А две вещи до сих пор время от времени сносят бессмертному Канту крышу. Одна из них будет существовать всегда… Ас другой совершенно непонятная ситуация. Вот вы верите, что человеческая мораль просуществует еще хотя бы миллион лет, что для Вселенной все равно – крохи? Я – нет. И все-таки она есть – эта вещь. Нда.
Иногда я сильно влюбляюсь. До идиотизма.
Вообще-то мне это не очень нравится. То есть мне нравится флиртовать, гусарить и совокупляться. Телки тоже не против, но иногда получается странное склеивание аминокислот и совпадение шестеренок. Ощущение такое, как будто у тебя внутри бычий цепень, а ты при этом еще и рад. Вчера еще ты ходил весь в белом, залитый солнечным светом и осыпанный лепестками черемуховых цветов. От тебя пахло покоем и безмятежностью, и у тебя не было никаких планов на завтра. А сегодня все изменилось, да. И ты цитируешь какие-то позабытые строки: «Вы помните, вы все, конечно, помните…»
Тьфу… Калейдоскоп тупейших поступков, от любого из которых стало бы стыдно даже гаишнику.
Плохой хороший…
