— Плохо дело! Тебе, Виэнн придётся спать днём в повозке, а ночью следить, чтобы нежить не сманил Веронику. Пентаграммы и защитные контуры отнимают не только много сил, но и времени. Теперь на ночлег мы будем останавливаться на час раньше. Пусть все женщины тоже будут охранены от беды подобным способом. Дорога затянется, но рисковать без веской причины не нужно никому.
— Мы услышали и поняли, Таварра Талаэ. Кстати, про себя не забудь, а то мало ли… Гнездо без матки будет толкать доминантного нежитя на неожиданные поступки. Сообщите в Лаеннору. Пусть поторопятся уничтожить Снежных ползунов до того, как те начнут усиленно плодиться. До Высокого Лета еще четыре месяца, пусть будут осторожнее.
— Я уже отправила магического вестника. К вечеру он будет в городе.
— Талаэ, раз зелье не помогает, а отдохнуть надо. Не поступить ли нам с теми, кто спит, как с дракончиками?
Глаза у дровской Ведьмы с каждым мгновением всё и больше напоминали две вишнёвых плошки:
— Закормить до обжорства финиками так, чтобы и шагу ступить не могли? — наконец, громко, икнув, ошарашенно выдала она.
— Ещё чего! — возмутилась я. — Да Роар меня сам с потрохами сожрёт за то, что покусилась на святое.
— Тогда о чём ты, детка? — было видно, что юную ведьму прямо таки разрывают демон противоречия, родовая спесь и банальное женское любопытство.
— Цепи заколдовать так, чтобы они не снимались ни при каких условиях до того, как рассветёт совсем. Вбить несколько кольев в мёрзлую землю и воды подлить, чтобы не выдернуть было никак и все дела.
— Хммм! Вероника в твоём предложении есть разумное начало, но я не собака, чтобы на цепи сидеть, и не Зазеркальный дракон! Как ты себе представляешь реакцию наших попутчиков на столь экстравагантное предложение.
— А я примером покажу. Талаэ, сделай для меня такие оковы. Виэнн последит сегодня за мной. Посмотрим, насколько хороша задумка. Только вот, надеюсь, сегодня никто не пойдёт ползунам на корм. Хватит уже смертей в этой снежной юдоли! — в моих глазах появилась решимость, появление которой говорило всем, кто знал её достаточно хорошо, что отговорить от затеи уже даже Косцу не удастся.
Талаэ пожала узкими плечами и отправилась выполнять заказ. До утра было ещё слишком далеко, а нежить серьёзно взялся серьёзно за меня. Положение продолжало стремительно ухудшаться, и перспектива получить матку снежного ползуна со способностями Лиитри напугала ведьму до нервной икоты.
Я спокойно выдержала изумлённые взгляды, шепотки, а то и откровенные насмешки. Доминантный ползун нашёптывал мне свои полные лжи слова даже тогда, когда не спала. Приятный мужской голос завораживал и умолял прийти на свидание, которое навсегда изменит мою жизнь.
Виэнн опустился рядом со мной на постель и крепко прижал к себе. Его не смущали даже особо прочные цепи из дровского серебра, от которых фонило магией так, что даже он, напрочь, лишённый магического Дара, почувствовал. Кожу точно маленькими иголочками покалывает. Я лукаво улыбнулась мужу и снова соскользнула в сон.
Кареглазый сердцеед снова начал обольщать приглянувшуюся ему даму: «Зачем тебе мужчина, у которого нет никаких особых способностей? Идём со мной, Госпожа Лунных Дорог. Я подарю тебе Вечную Зиму и Звёздную Ночь»!
«Ты подаришь мне смерть и ненависть ко всему живому. У меня есть муж», — отмахнулась Ника от сомнительного предложения.
«Тот, кто возглавлял ваш караван, тоже имел жену, а где Карал сейчас? Пассарра жестоко покарала его за неверность. Когда-то с ней поступили так же подло. Она была ведьмой и сама пришла к нам, чтобы отомстить», — обиженно провыл Снежный ползун, усиливая давление на мой разум.
« Мне не за что мстить моему спутнику! Так что эта дорога меня не привлекает. Почему бы тебе не обратить внимание на Пассарру»?
«Она ведьма. Я их не люблю. К тому же, чтобы стать матерью в Гнезде, ты должна попасть туда ещё живой. Идём со мной, зачем тебе влачить унылое существование, сопровождая караваны»?
«Странствия поют в моей крови так же властно, как в твоей жажда убивать! Не тебе судить о моих мотивах. Ты всё равно меня не поймёшь».
«Я не хотел уводить тебя силой, да, видно, придётся»! — взвыло кареглазое чудовище, которое было наполовину червём, наполовину ожившим трупом. Оно испустило властный зов, который смёл все барьеры и захватил мой разум в безжалостные ментальные тиски.
Сейчас я смотрела на себя как бы со стороны. В моих глазах погасли последние искры разума. Я соскользнула с постели, торопливо натянула тёплую одежду и целенаправленно направилась к полости, защищавшей палатку от уличной стужи. Впрочем, цепи не пустили меня даже на порог.
В это время снаружи раздались вопли стоящих сегодня на страже жизни и покоя воинов, колдунов и магов, кому сегодня выпало отдыхать. Талаэ, забрасывая наглую нежить шарами с серебряной водой и весьма специфическими заклинаниями, властно велела наградить всех, кто не в карауле, такими же браслетами. Себя она тоже велела посадить на весьма короткий серебряный «поводок», цинично заметив, что:
