Я стремительно передал в руки слуги своего племянника и бросился к тому месту, где когда-то стоял фонтан. Рядом лежали обломки, но не было и признаков экипажа, никаких следов тел. Я перевел было дух, но вдруг взгляд натолкнулся на почерневший металлический остов, который когда-то был каретой. Медленно с трудом переставляя ноги, приблизился к нему, протягивая руки и сжимая в ладонях раскаленный каркас, не понимая, что жар прожигает кожу насквозь до самых костей. Я склонился вперед, но кроме этого металла, почерневших камней и пепла ничего больше не увидел. Опустился на колени, оторвав ладони от бывшей кареты и оставив на каркасе куски обгоревшего мяса, протянул руки вперед, не в силах поверить тому, что видели мои глаза. Я пытался дотянуться до еще не остывшего пепла, когда увидел в серой мешанине кольцо, тонкое обручальное кольцо, что носила не снимая Лидия с того самого дня, когда надел его ей на палец. «Лидия»,- позвал я, будто пепел мог вдруг обернуться той, кто никогда больше не улыбнется мне. Я ощутил, как задыхаюсь от страшного приступа, сжавшего горло, а тело пронзило дикой болью, и дрожь прошла по нему, сотрясая в безумном припадке. Откинул назад голову, пытаясь вдохнуть, и услышал чей-то стон, что становился лишь громче пока не превратился в дикий вой, будто смертельно раненое животное кричало сейчас, моля добить его на месте, избавить от мучений. Темнота сгустилась вокруг, протянув холодные руки и укутав своими морозными объятиями, я сделал последний вдох, и разорванное на куски сердце перестало биться в груди.
Пришел я в себя немного позже, ощутив, как меня трясут за плечо. Слуга стоял рядом на коленях, он был бледен, губы дрожали.
- Господин, господин, вы слышите? Господин, прошу вас, встаньте, прошу вас.
Я медленно поднялся на налившиеся свинцом ноги.
- Господин, ребенку нужна помощь, он не приходит в себя.
Я отправился вслед за Люком туда, где возле няни уже находился лекарь, даже не обернувшись, не посмотрев в последний раз на жуткое место. Молча, ничего не спрашивая, взял из рук врача ребенка. Глядя на единственного оставшегося у меня родного человека, на сына моего брата, прижал крохотное существо к груди.
Бенедикт:
Я очень торопился в особняк Кристиана. Я так спешил, будучи вне себя от горя, мчался увидеться с ним, до конца еще не осознав страшной новости о том, что вся наша семья погибла. Теперь у меня был только он, мой единственный племянник и сын нашего дорогого Питера.
Я промчался по холлу и прямиком бросился в комнату Кристиана. Там находились несколько человек: лекари, служанки, няня и сам хозяин с ребенком на руках. Я посмотрел на него и замер в дверях, не в силах отвести взгляд от абсолютно белой головы внезапно поседевшего мужчины. Я даже рта не мог открыть, чтобы вымолвить хоть слово. Кристиан поднял голову, взглянул на меня, и сердце замерло в груди от этого пустого холодного взгляда. Он передал ребенка на руки служанке, а потом, кивнув мне, вышел за дверь. Я отправился следом, пытаясь сдержать рвущиеся наружу слезы. Пусть главе государства не пристало проявлять эмоций, но я едва мог сдерживать себя в этот момент. Я не знал раньше, что душа может так болеть.
- Присаживайтесь, дядя,- абсолютно спокойно сказал племянник, указывая ладонью на кресло в своем кабинет.- Налить вам что-нибудь выпить?
- Прошу, не надо так, Кристиан, не надо. Можешь не держать себя в руках рядом со мной.
- Дядя,- ответил племянник,- Кристиана больше нет, прошу при обращении использовать мое второе имя. Вы ведь еще помните его?
- Да,- прошептал я,- помню.
- Я подумал над вашим предложением, Бенедикт, и прошу донести до сведения членов совета, что отныне я беру на себя обязанности главного инквизитора страны.
- Я понял тебя Крис... Вильдан.
Племянник кивнул, отворачиваясь к окну, а я изо всех сил сжал кулаки, пытаясь унять непрошенную дрожь в пальцах.
- Их было шесть,- рассказывал Вильдан членам совета.- Шесть сильнейших темных ведьм. Я почувствовал их запах, я сумею выследить всех, а через них выйдем на эту неуловимую Сантану.
- Они будут скрываться теперь.
- Пусть. Они не уйдут. Рано или поздно, но я их отыщу.
- Твое право, Вильдан. Что будем делать, когда найдём их? Может, дадим шанс искупить содеянное зло, заставив присягнуть на верность совету, чтобы все ведьмы узрели в их лице предательниц, отвернулись от них? Затем дело будет за малым- развенчав облик героинь-защитниц, мы разрушим всю их шаткую систему, и ведьмы снова попадут под наш контроль. Что вы думаете, господа?
Никто из нас не успел и слова вымолвить в ответ, как раздался холодный голос, от которого даже у меня кровь стыла в жилах:
- Нет! Мы убьем их, убьем всех! В этой войне не останется в живых ни одной восставшей ведьмы!
Арика:
Я открыла глаза, возвращаясь в реальность темной беседки. Сантана уже замолчала, а ведьмы стояли, пораженные неожиданной новостью.
- То есть,- проговорила Регина, самая талантливая и активная приближенная,- если бы мы не погубили тогда его семью, то охотник не появился бы?
