- Снова ты,- с какой-то тоской в голосе хрипло промолвил он, а потом вдруг потянул к себе, затянул прямо на кровать, расположив поверх прикрытого покрывалом торса, а другая его ладонь легла на мой затылок, привлекая ближе, и верховный инквизитор меня поцеловал! Губы обожгло тягуче-сладкое, но яростное прикосновение его губ. Он словно и не целовал вовсе, а наказывал нас обоих мучительной горечью страстного поцелуя, с такой жадностью сминая рот дурманящими касаниями, словно это была единственная возможность избавиться от чего-то изнуряющего, отнимающего силы, подобного тяжелой мучительной болезни. Я просто оцепенела на мгновение от полнейшей растерянности, а рой дружных мурашек побежал от разомкнувшихся в удивлении уст по всему телу, и голова пошла кругом, а дыхание перехватило. В следующий миг Вильдан вдруг резко оттолкнул от себя, и я растянулась на кровати. Пораженно глядя в темно-синий потолок, пыталась восстановить срывающееся дыхание. Мужчина резко сел, опершись ладонями о постель, руки его вздрагивали, словно он с трудом владел собой. Низко и хрипло инквизитор буквально прорычал:
- Это не сон! Ты что здесь делаешь? Ты как посмела пробраться ко мне ночью?
А я в такой миг ничего ответить не смогла, потому что находилась в несколько невменяемом состоянии, пораженная до самой глубины своей ведьминско-человеческой сущности, пытаясь осознать, что это такое я только что испытала. Не думала, что Вильдан умеет так целовать! Опыт поцелуев в губы был у меня только с Реналем и ничего кроме отвращения я от них раньше не испытывала. Продолжая неподвижно лежать поверх постели инквизитора, ощущая непривычное и приятное тепло от камина, чувствуя спиной мягкую и очень удобную перину, я наслаждалась необъяснимой негой и охватившей тело истомой, в которой плавились все мало-мальски разумные мысли. Захотелось потянуться, поудобнее раскинуть руки в стороны и...
- Не смей засыпать, колдунья! Немедленно вставай!
- Так тепло и мягко,- ответила я и вздохнула, и этот горький вздох мог бы растопить каменное сердце, но только у инквизитора сердца не было и топить, следовательно, было нечего. Через силу сев на постели, медленно сползла на пол под пристальным взглядом замершего мужчины и прошествовала подальше от соблазна к окну. Вильдан не отрывал от меня горящего взора, и руки сжались на покрывале в кулаки. Я заметила, что на лбу его проступила испарина.
- Ты зачем пришла ночью?- повторил он, и голос прозвучал слишком глухо.- У нас обговорено время встреч.
- У меня появилась очень важная информация, которая не может ждать до утра.
- Что за информация?
- Даже говорить уже не хочется.
- Либо говори, либо уходи прямо сейчас,- прерывисто ответил он.- Не стоит набивать себе цену!
- Я не набиваю. Действительно не хочется. Тяжело разговаривать с сумасшедшим человеком. Я сюда пробралась, рискуя жизнью, а ты сперва набросился, а потом меня же в этом обвинил.
- Я предупреждал тебя!- ответил Вильдан таким тоном, словно ожесточенно боролся с кем-то внутри себя.- Ты будто и вправду не понимаешь, в чем дело?
Я опустила взгляд вниз, а он отвернулся и судорожно вздохнул, потом вдруг откинул покрывало, поднялся с кровати, и я невольно залюбовалась открывшимся взгляду красивым обнаженным торсом со следами белых шрамов. А может, это не я любовалась, а моя ведьма, потому что ей хватило наглости опустить взгляд ниже и немного разочароваться, узрев длинные просторные штаны из темного шелка. Точно ведьма. Лично у меня уже щеки горели.
Вильдан обернулся, поймал мой взгляд и замер. Мне показалось, что он с трудом сдержал стон.
- Не играй с огнем, ведьма! Не стоит так смотреть, если не желаешь очутиться сейчас подо мной на этой самой кровати,- тихо промолвил он, и грудь его тяжело вздымалась, а меня от этих слов бросило в жар.
Инквизитор быстро дошел до кресла, схватил с него черную шелковую рубашку и почти мгновенно натянул на себя, затем отступил к камину, оперся о полку и, вперив взгляд в огонь, не оборачиваясь, также глухо велел:
- Рассказывай свои важные новости.
- Всю эту неделю мы копали подземный ход,- откашлявшись, начала я. Мужчина слегка сжал пальцы на полке, но не повернул головы,- а потом наткнулись на вход, заваленный камнями. Попытались зайти с другой стороны, но там повторилось то же самое. Сантана была в ярости и даже крикнула, что, возможно, Один обманул ее.
- Один?- переспросил инквизитор, оборачиваясь ко мне.
- Она так назвала его.
- Одиллинум Вертус Сартарелло.
- Что?
- Полное имя брата одного из глав совета, представителя сильнейшего рода Сартарелло.
- Он предатель?
- Либо жертва. Но как Сантана смогла его зачаровать, как смогла выпытать эти сведения?
- Она невероятно сильная и постоянно укрепляет эту силу,- ответила я.
- Укрепляет?- почти прорычал Вильдан, а я лишь кивнула, опуская голову и ощущая почему-то собственную вину.
- Как ты попала сюда?
- Меня привез Тин, он ждет внизу.
- Почему через окно?
- Там новый слуга, он не узнал Тинольда и отказался впускать.
