Лукаш выругался и вытащил Рен из-под тяжелых копыт. Она отползла подальше от испуганной лошади. Все затихло так же внезапно, как и началось.
– Что это было? – воскликнула она.
Лукаш сдвинул фуражку на затылок. На мгновение он показался потрясенным.
– Это… это…
Раздался оглушающий грохот. Он шел откуда-то снизу, из самих горных глубин.
– Горы меняются, – наконец объяснил он.
Земля снова содрогнулась, на этот раз так сильно, что Лукаш упал на колени. Рен отбросило на камни. Утес над их головами опасно задрожал. Крул увернулся от огромной глыбы, рухнувшей на землю.
Лукаш ругался где-то неподалеку. Земля клонилась в разные стороны, мимо них пролетали камни. Их выступ сотрясся от мощной волны. Путники свалились с тропы вместе с лошадью, утопая в потоке мелких камней и сланца.
И вдруг все прекратилось.
Рен лежала на спине, кашляя от пыли. Крул неуверенно поднимался на ноги. На земле подрагивали кусочки сланца.
Небо светлело. Позади них склоны продолжали двигаться, камни стучали друг о друга, зубчатые вершины поднимались и опускались. Но земля вокруг них оставалась неподвижной.
Лукаш поднялся на колени, разминая раненое плечо, и вытащил свою фуражку из-под камня. Его глаза наконец сфокусировались, и он замер на месте. Черный мундир Волчьего Лорда посерел от пыли. Он медленно поднял руки и пригладил волосы назад. Кровь отлила от его перепачканного лица.
– О боже, – сказал он.
Рен медленно проследила за его взглядом.
Солнце уже поднялось, и его теплые лучи отражались на гладких каменных стенах розовыми и оранжевыми бликами. На деревянных воротах сияли золотые рога. Утренний свет озарял соломенные крыши, поблескивал на отполированных стенах, пробегал по булыжной мостовой и отражался в далеких окнах.
Зал Смокуви.
Ветер играл с их волосами и со свистом проносился по пустынным улицам. Подойдя ближе, Рен смогла рассмотреть замысловатую резьбу, изображающую драконов и волков в окружении рогов и полевых цветов. Дерево сияло глубоким, красноватым оттенком, словно подсвеченное изнутри, и, несмотря на плотный слой снега, оно казалось нетронутым, непоколебимым. Над воротами покачивался череп дракона, подвешенный на серебряных цепях.
Булыжная дорога шла по холму, к городу, построенному в скалах. С обеих сторон на них смотрели деревянные дома с соломенными крышами, а на самом верху виднелось большое поместье. Оно было срублено из того же красного дерева и держалось на каменных сваях.
Все это сильно отличалось от замка Рен. От лесного городка. Там, внизу, воздух пропитался ощущением заброшенности. Все постройки были отданы на откуп природе и оставлены догнивать. Но здесь все было иначе. Этот город казался вечным, как сами горы. Здесь царила такая же первозданная пустота, и Рен вдруг резко осознала: все, кто когда-либо жил здесь, давно мертвы.
Глаза Лукаша словно остекленели.
Почти все.
– Добро пожаловать домой, – слабо произнес Волчий Лорд, прежде чем понял, что он наделал. Ведь он сам говорил ей, что это больше не его дом. Его слова рассыпались на морозе, как треснувший лед.
Лукаш провел рукой по волосам.
– Мы должны подняться в поместье, – резко сказал он. – Нам нужно найти этот меч.
Рен ничего не ответила, и они молча начали взбираться по длинной булыжной дороге.
Город сохранился в идеальном состоянии. На колышках висели вожжи, у дверей стояли сапоги, а в охапках дров лежали брошенные топоры. За открытыми ставнями поблескивало чистое, гладкое стекло. Ничего сломанного, ничего уничтоженного.
Звуки их шагов казались оглушающими. Горы внимательно прислушивались ко всему, что происходило в Зале Смокуви.
– Боже мой… – начал Лукаш.
Рен проследила за его взглядом и вздрогнула от неожиданности.
В одной из дверей показалась фигура. На ней были выцветшие штаны с зеленой и черной вышивкой, свободная рубашка, подпоясанная широким поясом, и кожаный жилет. Этот человек сильно отличался от Лукаша и Кожмара с их аккуратной черной формой. Но, как и Лукаш, незнакомец был очень высоким, с длинными черными волосами и загорелой кожей.
– Домовик, – пробормотал Лукаш.
Услышав это слово, домовик улыбнулся хитрой, лисьей улыбкой. Он облокотился на дверной проем, снял круглую черную шляпу покрытой мехом рукой и склонил голову. Из-под темных волос виднелись маленькие острые рожки.
Лукаш заговорил странным, призрачным голосом, словно к нему вернулись воспоминания, позабытые давным-давно.
– Они выли каждую ночь, – пробормотал он. – Никто не мог спать. Все свечи потухли. Мы не успевали их зажигать. Только потом мы поняли, что они пытались предупредить нас… сказать нам…
Даже когда он не улыбался, его губы оставались чуть искривленными, и один уголок смотрел вниз. Он выглядел голодным. Он всегда выглядел голодным.
– Они хорошие духи, – сказал Лукаш. – Они заботятся о доме и охраняют семью.
Домовик развернулся и исчез в дверном проеме. Из его штанов торчал длинный пушистый хвост.
