– Ага. Там что-то есть. У кого есть заклинание света? Или фонарик?
Можно было и не трудиться. Возможно, мы разбудили кого-то, бросив монету, а может, это существо просто решило, что элемент внезапности утерян. Как бы то ни было, из тоннеля выскочила адская гончая и бросилась прямо на Верна. Он, закаленный в боях гном-полукровка-военачальник, застыл на месте от ужаса. Серьезно. Гончая сбила его с ног с такой легкостью, словно он – надувной клоун.
Очевидно, гончая рассчитывала, что клоун будет сопротивляться более упорно. Она продолжила свое движение, не снижая скорости, с грохотом врезалась в противоположную стену, а затем как-то очень по-человечески произнесла «уф» и, скользнув по стене, осела на пол.
Пит, которого не сковал страх, воспользовался этой возможностью и проткнул гончую копьем, не давая ей подняться. Когда глаза гончей потускнели, Пит с улыбкой сказал:
– Наконец-то я уложил достойного врага…
Вторая гончая вцепилась Питу в шею и оторвала ему голову.
– Черт! – воскликнула голова, катясь по полу.
Я наконец-то преодолел оцепенение и разрубил гончую надвое своим мечом.
– М-да, это не оптимальный результат, – сказал Гэндальф. Он взял голову Пита за гребень шлема и поднес ее к своему лицу. – Воскрешения не будет, приятель. Даже если бы оно было тебе по карману, последний свиток я потратил на Кевина.
– Ну ладно, – сказала голова Пита. – Все равно этот персонаж мне уже надоел.
Наш разговор прервало чье-то мощное рычание, которое донеслось из коридора.
– Клянусь синим пламенем ада! Что это было? – прошептал Кевин.
– Не знаю, но обладателю голоса, похоже, свойственна определенная крупнота, – заметил Тим.
– И голоднота, – добавил я.
Тим заглянул в тоннель.
– Кажется, нас гонят в определенную сторону. Либо мы пойдем туда, либо нам придется вернуться. Жаль, что у тебя больше нет того посоха, Билл.
Я покачал головой.
– Если применить его в таком тесном пространстве, нас, скорее всего, поджарит отраженной тепловой волной. Гэндальф, у тебя есть что-нибудь для ближнего боя?
– Есть, но не то, что ты имеешь в виду, Билл. Сейчас мы можем рассчитывать только на твой меч.
– Чудесно.
Значит, мне придется идти первым и надеяться, что я убью врага раньше, чем он доберется до нас. Правда, против магической атаки от моего меча толку мало. Мое будущее начало рушится прямо у меня на глазах.
Пожав плечами, я осторожно шагнул в тоннель.
– Может, кто-нибудь мне посветит?
Гэндальф что-то буркнул, и над моим плечом появился огонек, осветивший тоннель. Тоннель был невысоким, поэтому нам пришлось согнуться в три погибели. Будь я био, то через пару минут у меня бы уже свело спину, но игровой «движок», сделанный по традициям классических «Подземелий и драконов», позволял забыть о наиболее реалистичных аспектах приключений.
Тоннель закончился тупиком. Мы повернулись к Тиму. Он пожал плечами:
– Я ничего не вижу.
– Мне уже надоела эта кампания, – пробурчал Верн. – На нас почти сразу стали нападать высокоуровневые монстры. Мы потеряли более половины группы и ни хрена не добились.
– Надеюсь, сокровища будут стоить потраченных усилий, – сказал Гэндальф, заглядывая в свой мешок. – Где-то тут у меня заклинание «Истинное зрение»… – Он достал записную книжку и принялся ее листать, кивая и что-то бормоча. Затем он посмотрел на нас. – Попробуем вот это.
Гэндальф замахал руками и произнес заклинание, а затем прищурился и напряженно стал смотреть по сторонам, изучая стены вокруг нас.
– Ничего. Что за черт?
Мы уставились на стену, которой заканчивался тупик. Ложный след – это одно, но у тупиков обычно должен быть какой-то смысл.
– Я реально начинаю ненавидеть этого мастера, – сказал Тим и пошел обратно. Сделав три шага, он повторил: – Реально, реально, реально ненавидеть.
Мы посмотрели мимо него – туда, где вместо тоннеля только что появилась стена. Теперь мы находились в семиметровом куске тоннеля, блокированном с двух сторон.
Я нахмурился.
– Гэндальф, твое «Истинное зрение» еще действует?
– Да, его хватит еще на минуту.
– В этом тоннеле ты что-нибудь важное видишь?
– Не-а.
– Что может блокировать «Истинное зрение» или противодействовать ему?
– Э-э-э… магия более высокого уровня, конечно. Но я бы ее почувствовал.
– Тим, ты видишь что-нибудь значимое?
– Нет. И «Истинное зрение» это бы обнаружило… так, погоди. – Тим поднес руку к стене. – Тут сквозняк.
Мы подошли поближе и каждый по очереди почувствовал слабый поток воздуха.
– В список вещей, которые могут победить «Истинное зрение», – заметил Гэндальф, – стоит добавить такие примитивные фокусы, как стена, построенная без раствора.
Он толкнул стену, и она слегка подалась.
Мы последовали его примеру, и через несколько секунд части стены полетели наружу.
