– Я думала, пойдут дожди и станет легче... – пожаловалась Саша. – Но нет, стало еще хуже. Дышать совсем нечем на улице!
– Ага. Та еще погодка! – согласился Макс. – А ты дома сиди.
– Вот еще! – возмутилась Саша. – Целый день – одной? Завтра же на работу выйду. Или ты против?
– Нет-нет, что ты!
– А я и правда никуда не пойду! – она тут же изменила свое решение. – У меня, между прочим, еще свадебный отпуск не закончился!
Они, как и раньше, ни в чем не хотели уступать друг другу. Но сейчас их ссоры, легко вспыхнув, легко и затухали.
Потому что Саша вдруг поняла, что главное, а что второстепенное. Главное – это их любовь. Надо сохранить ее. А все остальное – так, мелочи, которыми можно пренебречь...
Например: Саша, конечно, по-прежнему пилила Максима за то, что он умудряется за секунду создать вокруг себя беспорядок, но ее эта проблема уже не бесила так, как раньше. Бог с ним, с беспорядком – ведь главное, что Макс рядом, что на него можно положиться...
Что же касается самого Максима, то он вообще стал прощать Саше все. Его покорность даже пугала – он на глазах становился типичным подкаблучником. Сашенька – его идол, его кумир. Самая лучшая, самая красивая.
Он был полностью зависим от нее. И если бы она вздумала снова исчезнуть из его жизни, то... возможно, повторил бы свой страшный поступок, стоивший ему здоровья.
Их отношения были столь нежны, трепетны и в то же время – как-то болезненно остры, неутоленно-жгучи – что им было и страшно, и хорошо вместе.
...Сашин отпуск окончился.
Ранним утром она шла к зданию, где располагалась фабрика «Притти вумен».
«Интересно, что скажут девчонки, когда узнают, что я так и не вышла замуж за Бородина? – размышляла она. – Наверное, решат, что я сумасшедшая!»
На ней было простенькое платье из черного, в мелкий горох, крепдешина, туфли-лодочки. Волосы – темные, огненного оттенка, были распущены и легкими волнами лежали на плечах. Косметика – не слишком яркая, но и не бледная, как раньше.
Саша выглядела сейчас обычной жительницей Большого Города, стильной и хорошенькой. Слишком уж выделяться она не хотела – как-никак, на работу шла.
Но для девчонок и того хватит – и платья, и туфелек, и кудрей. Удивлять и удивлять ей их сегодня...
Сзади притормозила машина:
– Красавица, подвезти?
– Отстань! – не оглядываясь, бросила она через плечо. – Сама дойду, ножками!
– И не жалко такие ножки топтать?
Саша усмехнулась и свернула в проулок. Здесь было тихо и пустынно. Сзади раздался шорох шин – ехали прямо за ней.
«Вот привязался!» – рассердилась Саша на неизвестного кавалера, оглянулась и неожиданно увидела машину Бородина.
– Саша!
Теперь Сашу преследовал ее несостоявшийся жених.
– Саша! Погоди, нам надо поговорить! – крикнул он.
Саша остановилась. Бородин вылез из машины, зашагал ей навстречу.
– Саша... Еле узнал тебя! – взволнованно произнес тот, пожирая Сашу глазами. – Ты еще больше стала похожа на Марию... Сашенька, куда же ты пропала? Вот, решился ловить тебя у твоей работы, – он взял ее за руку. – Надеюсь, ты больше не сердишься на меня? Мы можем поговорить?
Саша вырвала свою руку.
– Сердишься... – вздохнул Бородин. – А зря. Я ведь люблю тебя. Несмотря ни на что.
Только увидев Бородина, Саша вспомнила обо всем. До того она думала только о Максе. Только о нем.
– Люблю... – с отвращением повторила она. – Ты так хочешь добраться до своей книги, Виктор?
– Книга для меня тоже очень важна, – спокойно произнес Бородин. – Я никогда не скрывал этого. Книга и ты...
– А все-таки книга на первом месте...
– Прошу тебя, милая, не стоит цепляться к мелочам! – мирно улыбнулся тот.
«Как он мог мне нравиться? Это холеное, лживое лицо, этот пустой взгляд...»
– К мелочам? А убийство моей матери – это тоже мелочь? – мрачно спросила она.
Бородин едва заметно передернул плечами:
– Ну, этот грех на совести твоего отца...
– Нет. Мой отец тут ни при чем.
– Я не понимаю...
– Господи, Виктор, я уже давным-давно догадалась, что это ты убил маму. Ты, а не отец! – глядя ему прямо в лицо, негромко произнесла Саша.
Бородин отвел взгляд:
– Что ты такое говоришь, Сашенька... Ты здорова?
– Добрый доктор решил вылечить меня? Может, выпишешь рецептик? Лекарство от Йозефа Менгеле, испытанное на узниках концлагеря?..
– Саша! – в его голосе явственно звучали металлические нотки. Наверное, таким голосом он говорит с капризными пациентами, не соблюдающими его рекомендации...
– Виктор! – крикнула она в ответ с той же интонацией. – Хотя нет, ты не Виктор. Ты Федор Федорович Ласкарев. Интересно, Федечка, почему ты вдруг решил сменить имя? Папашу своего, немецкого прихвостня, застыдился?..
Ужас в его глазах. Потом гнев, безудержный гнев – Бородин железной рукой схватил Сашу за плечо:
– Не смей так говорить о моем отце...
– Вот ты себя и выдал! – засмеялась Саша невесомым смехом.
– Не представляю, как ты узнала, что я сменил имя... – задыхаясь, пробормотал тот. – Но мой отец – не немецкий прихвостень, он жертва советской власти. Ты что-нибудь слышала о диссидентах?
