– Весталка Элдрис, весталка Прозерпина, вы обе мои избранные, последние потомки самых значимых родов моих последовательниц, – объявила Янус, даже не удостоив означенных весталок взглядом. – Долгие века вы были моими ушами и глазами в Империи, и я признательна вам за принесенные вами жертвы, однако сейчас не время для обсуждения. Немедленно выведите подпольщиков, которых привела Элдрис, прочь из дворца. Прежде всего я должна побеседовать наедине со своими родителями. Только другой бог может на равных услышать то, что я хочу сказать.
Гефест судорожно кивнул и схватил упомянутую Прозерпину за край широкой туники, очевидно стремясь увести ее подальше отсюда. Он тоже был сам на себя не похож: полураздетый, в одних штанах (видимо, отдал свою тунику этой девушке), а его кожу покрывали пятна некроза, имеющие форму ромбов.
– Почему ты здесь, Янус? – резко спросила Сефиза.
– Вам это прекрасно известно, матушка.
Элдрис кивнула мятежникам, предлагая им покинуть зал. Потом она оперлась на посох, держа его единственной оставшейся рукой – под воздействием неведомых чар вторая ее рука растворилась, став отныне частью тела богини. Пустой рукав платья печально качнулся, когда весталка зашагала к дверям.
– Гнусная предательница! – воскликнула Сефиза ей вслед. – Ты хоть представляешь, что натворила, безмозглая идиотка?!
Элдрис прошла мимо, не глядя на нас, уводя за собой своих подручных. Она лишь прошептала едва слышно:
– Я никогда тебе не лгала, Создательница. Следует сжечь последние угли, чтобы мир смог наконец возродиться из пепла, только и всего…
– Паутина! – вскричала вдруг Прозерпина, вырываясь из рук державшего ее Гефеста. – Образы застыли, Паутина вновь ясно видна, и она… О, во имя Туманов!
– Паутина времени наконец-то ясно читается, – добавила Янус, раскидывая руки в стороны.
Откуда ни возьмись налетел сухой, горячий ветер, неся с собой золу; потоки воздуха закрутились вокруг богини, так что ее волосы взметнулись вверх, подобно пламени.
– Что это значит? – вмешался я.
Следовало говорить с нашим древним андроидом так долго, как только можно. Нужно выиграть время и получить информацию, так как мы пока не знаем, как действовать.
Ясно одно: теперь Янус – наш враг.
И она невероятно могущественна – я чувствовал исходящую от ее нового тела сильную ауру.
Одним грациозным и в то же время угрожающим движением Янус взлетела вверх, так что ее ноги оказались в метре от земли. Затем она развела руки в стороны, ее изящные пальцы напряглись, а над каждой ладонью образовались языки черного пламени.
– Разве я не богиня начала и конца? – иронически произнесла она. Ее громовой голос прозвучал холодно и беспощадно. – Я обладаю безграничным знанием. Абсолютно все, что нужно знать о прошлом, хранится в моей памяти; а предвидение, которое я развила благодаря своим непревзойденным аналитическим способностям, позволяет мне прозревать будущее. Я могу принимать решения, которые не способен понять ни один из ваших ограниченных человеческих умов. После вашей кончины, матушка, мне пришлось столкнуться с массой проблем, связанных с ограничениями, налагаемыми на меня программой. Еще я совершила трагическую ошибку, полагая, что, самостоятельно создав Ангела Искупления, смогу заполнить лакуны, мешавшие мне выполнить свою задачу. Орион оказался слишком слабым, слишком любопытным, он завидовал особенностям вашего вида, которых сам был лишен. Он полагал, что есть другой путь, что человечество можно усовершенствовать, очистить и, соединив с божественным началом, привнести в него гармонию. Из-за своих глупых убеждений он вероломно предал меня. Однако, видите ли, матушка, благодаря вам это чудовище наконец побеждено, а я смогла возродиться из его останков. Теперь я свободна от всех пут. Наконец-то я могу выполнить вашу последнюю волю.
– Нет! – в отчаянии закричала Сефиза. – Слова, сказанные мною перед смертью, были продиктованы злобой, безысходностью, голодом, лихорадкой и страданиями! Я вовсе не хочу смерти всего человечества и никогда не хотела!
Янус склонила голову набок, вид у нее сделался озадаченный.
Возможно, у нас, несмотря ни на что, есть шанс ее урезонить? Может быть, Сефиза все еще имеет достаточное влияние на это пугающее существо и способна его переубедить?
– Вы ошибаетесь, в ваших последних словах прозвучал отголосок истины, – парировала Янус. Языки пламени у нее в ладонях угрожающе вспыхнули. – Однако вы – всего лишь жалкая копия Исмахан. Вы обладаете ее воспоминаниями, но вы совершенно другой человек. Поэтому, матушка, если я еще могу так вас называть, выбирайте: вы либо со мной, либо против меня. Что бы ни случилось, я соберу божественную армию и на этот раз выполню возложенную на меня священную миссию. Для этого мне недостает лишь одного: силы Ориона, помещенной в тело его последнего отпрыска…
