– Нет… нет… – Янус склонилась над тщедушным, пугающе хрупким существом, в которое превратилась ее мать, и взяла ее на руки. Побуждения, руководившие ею сейчас, полностью выходили за рамки ее программы.
– Спаси мир, Янус, но сделай так, чтобы человечество вымерло навсегда, – прошептала ей на ухо мать. – Люк возненавидел бы меня, если бы услышал это, но теперь я знаю, что иначе жизнь на Земле не может продолжаться. Цивилизация прошла точку невозврата, позволив человеку безгранично удовлетворять свою алчность, сжигая ресурсы планеты ради благоденствия кучки богатеев. Из-за них, из-за этой горстки ослепленных властью эгоистов, мы уничтожили то, что было нам дано, и увлекли за собой в бездну все живое. Мы не заслуживаем второго шанса…
Янус моргнула, ошеломленная.
Ее программа восставала против подобных слов.
Однако вся накопленная ею за последние годы аналитика подтверждала правоту матери…
Разве она с самого начала не знала, что это единственное верное решение? Спасти людей означало обречь на смерть остальную часть живого мира. Если предложить этому доминирующему виду возможность однажды воссоздать новое общество, результат неизбежно будет таким же. Янус моделировала множество вероятных сценариев развития событий, и каждый из них заканчивался крахом планеты.
Если Янус хочет предотвратить полное вымирание жизни на Земле, ей придется истребить человечество…
Потрясенный, задыхающийся от предчувствия нависшей над нами опасности, я усилием воли прервал видение, вынуждая Сефизу вернуться вместе со мной в реальность.
Это невозможно…
Сцена, свидетелем которой я только что стал, склонившись к таинственной реке, никак не могла отображать подлинные события.
Нет, Сефиза никогда бы не потребовала такого от созданного нами существа. Она никогда бы не попыталась свести на нет все наши усилия…
Мы же хотели спасти мир, а не ускорять его гибель!
Я крепко зажмурился, силясь осмыслить столь неожиданный поворот; это воспоминание о прошлом потрясло меня до глубины души, я никак не мог прийти в себя. Разум отказывался верить в услышанное.
И все же следовало взглянуть в лицо неприглядным фактам.
Давным-давно Сефиза дала нашему андроиду новые указания. Единолично приняв решение, она полностью поменяла миссию, для выполнения которой изначально была запрограммирована Янус. И ее приказы шли вразрез с той целью, которую мы надеялись достигнуть…
Женщина, ранее появившаяся из ниоткуда, все еще стояла на коленях перед нами, сжимая ладонь Сефизы, благоговейно склонив голову. Вот только что за мысли формируются в голове этого существа? Почему Орион в итоге решил ее уничтожить? И по какой загадочной причине она вернулась?
Я быстро посмотрел на Сефизу, задаваясь вопросом, по-прежнему ли мы с ней заодно. Не сводя глаз с лица Янус, девушка украдкой потянулась ко мне свободной рукой. Я осторожно сжал ее пальцы, не понимая, что она хочет делать.
Затем я почувствовал, что в ее ладони лежит маленький стальной лист с острыми краями. Тогда я сообразил, что Сефиза, как и я, чрезвычайно встревожена. Она хочет, чтобы мы были готовы действовать в любой момент…
Янус плавно подняла голову, по ее прелестному лицу обильно текли золотые слезы. Взгляд ее немедленно остановился на наших соединенных руках, и вдруг выражение ее лица изменилось.
Тонкие светлые брови сдвинулись к переносице, уголки алых губ недовольно опустились.
Она выпустила руку Сефизы и поднялась на ноги, меряя нас внезапно посуровевшим взглядом с высоты своего трехметрового роста. Янус скрестила руки на груди, и ее металлические наручи, покрытые загадочными символами, лязгнули.
– Должна признаться, я немного удивлена, увидев, что вы, матушка, так близки с отцом, несмотря на то, какую шутку судьба сыграла с вами после перевоплощения…
Пальцы Сефизы, переплетенные с моими, сжались крепче. Девушка сделала шаг вперед и встала между мной и богиней, словно пытаясь меня защитить.
– Это… это действительно судьба? – робко спросила девушка, которую я до сего момента не замечал.
У нее была очень бледная кожа и черные как смоль волосы, такие длинные, что доходили до босых ступней. Незнакомка пошатывалась – казалось, она с трудом держится на ногах. Болезненно худая, она была одета в огромную тунику, совершенно не подходившую под ее тонкую фигуру.
Внезапно я узнал одежду Гефеста, моего брата, – он стоял в нескольких метрах от нас, полускрытый высокой дверной створкой.
– Владычица, – настойчиво проговорила бледная девушка. – Прошу простить мою дерзость, но я должна знать. Все это время мой
Янус и глазом не моргнула; ее напряженный взгляд по-прежнему был прикован к нам с Сефизой.
