Сегодня, произнеся молитву, я снова приступил к переписыванию значков с видимого куска пергамента. Однако чудеса продолжались. В первый день, приступив к работе, я отметил, как тесно они располагались друг к другу. Сейчас же количество знаков изменилось - их стало намного меньше! Схватив два первых листка, я расположил их рядом со свитком. Скопированные ранее знаки исчезли, а их место заняли совершенно другие.
- Велик и милосерден Аллах! - я попытался произнести про себя прочитанные буквы, но расположенные в таком порядке, они не имели никакого смысла. Я еще раз произнес молитву и понял, как именно следует расположить письмена. "Джибраил, Исрафил, Ракиб" - имена ангелов яркими буквами вспыхнули перед моими глазами и тут же пропали. Взглянув на выписанные знаки, я опять не увидел в них никакого смысла.
Внезапно меня посетило озарение. Меняющие очертания буквы указывали на то, что Свиток должен сам разворачиваться в руках читающего! Если извлечь пергамент, сломав механизм, то вероятно, магия Свитка исчезнет, и тогда содержание превратиться в бессмысленный набор букв.
Аллах явно указывает, что прочесть Свиток суждено только избранному, тому, кто знает, как нужно с ним обращаться! Возможно, играет важную роль и недостающая деталь - по-видимому, это стержень, который когда-то крепился к нижней кромке пергамента. В любом случае, мне не хватает знаний, чтобы решить эту задачу. Нужно, не лукавя, так и доложить царю. С этой мыслью я поднялся из-за стола, оправил свой длинный халат и подошел к двери.
Герберт фон Шлиссен. Госпиталь Говинд Баллабх Пант, Нью-Дели, Индия, ноябрь 1978 года
Медсестра сделала мне укол обезболивающего и, поправив халат, вышла из двери. Моя операция прошла успешно, поврежденные в результате страшной аварии позвонки были усилены титановыми скобами, защемление спинного нерва было устранено, и моё тело постепенно будет обретать утраченную чувствительность. Я был удивлен и обрадован приездом Марии - благодаря поистине ангельскому характеру она была единственным человеком, чью заботу я мог беспрекословно терпеть. Несколько дней Мария потратила в разъездах по столице, встречаясь с моими индийскими партнерами - нужно было довести до них указания относительно назначения новых руководителей филиала компании, а также сообщить, что "Шлиссен АГ" берет на себя содержание семей погибших Шармы, Доржо и Сингха. Я попросил Марию разыскать родителей Фелисити Лопес - ее тело до сих пор оставалось в морге Нью-Дели.
Странник появился через неделю после операции буквально на пять минут, принеся несколько исторических книг. Пожелав мне скорейшего выздоровления, он посоветовал не слишком утруждать себя чтением. Эту обязанность взяла на себя Мария - в течение нескольких дней она читала мне о царе Иване Грозном и об окружавших его исторических персонажах, о культуре и быте средневековой России.
Я был счастлив, что чтением удалось занять мозг, который абсолютно не привык бездельничать. Подобно губке, он жадно впитывал незнакомую ранее информацию о Московии XVI века.
Не доверять научным трудам не было никаких оснований, и я с удивлением и радостью убедился в том, что у русского царя в 1582 году действительно была шестая жена Мария Нагая, а думный дьяк Висковатов присутствовал в кругу ближних бояр. Интерьеры Кремлевских палат того времени, детали царского облачения, сама манера разговора - всё увиденное и пережитое мною нашло своё документальное подтверждение. Теперь мне нужно было понять, откуда и почему ко мне пришло это видение...
Стоящий на столике приемник Sony транслировал концерт Рави Шанкара, и ритмичные мелодии ситара действовали на меня завораживающе, унося мои мысли прочь из жаркой индийской столицы...
Внезапно дверь в палату резко распахнулась - на пороге стояла раскрасневшаяся Мария в деловом костюме, с папкой в руке и сумочкой через плечо.
- Герберт, я разговаривала с аргентинским консулом, и он был очень удивлен твоей просьбой - позавчера у них была некая госпожа Венга, которая представилась близкой подругой Фелисити. Она уверила его, что действует по просьбе матери, сеньоры Лопес, и получила бумагу для полицейского управления с просьбой разрешить транспортировку тела в Буэнос-Айрес. Я позвонила в морг, и мне подтвердили, что вчера тело погибшей было отправлено на родину. Все расходы оплатила госпожа Венга. Ты что-нибудь понимаешь? - Мария расстегнула верхние пуговки блузки и присела в стоящее у окна кресло.
- Возможно, у Фелисити была подруга, о которой мне ничего не известно. Однако каким образом она узнала о катастрофе, зачем прилетела сюда и почему не связалась со мной - непонятно. Впрочем, мы и так не смогли бы сделать для бедняжки ничего лучшего. Давай постараемся не вспоминать больше эту историю. Отныне ты единственная, самая прекрасная, и, смею надеяться, последняя женщина в моей жизни! - я раскрыл Марии объятия.
