Со стороны моря донёсся гудок: давала отвальные «Тревога», отправляясь за сотню миль отсюда кромсать надвигающуюся на побережье волну оранжевого планктона. Капеллан бросил взгляд на часы и захлопнул окно. «Хватит прохлаждаться, пора работать. Двери на засов. Капеллану Причеру приказываю обживать храм. Быстро разбросать по местам личные вещи – и вперёд. Собственные грехи замаливать, просить за братьев по оружию… А сколько народу помянуть нужно! И гордыню свою неуемную воздушно-десантную – лбом об пол! Тут люди второй месяц не причащались, не исповедались, а ты, гад, в тактические координаторы рвёшься! С понедельника уже готов! В воскресенье парням грешки отпустишь, а в понедельник воевать побежишь? Милости просим, господа, погибайте с чистой совестью?! А ведь это тебе их отпевать придётся, тебе лично! Забыл, негодяй, когда разведке тактический координатор позарез нужен?! Когда наши по площадям долбят, а разведка на этих самых площадях застряла, вот когда! Хорош гусь, ничего не скажешь! И полковник тоже хорош, змей-искуситель. Почуял, что слаб ты в вере, и давай совращать… Точно, лбом об пол! Этим самым тупым десантно-штурмовым лбом!.. Между прочим, нужно ещё завтрашнюю проповедь обдумать как следует. Ладно, с Божьей помощью всё успею. А как капеллан Причер отстреляется, тут и для капитана Причера работёнка найдётся. И никуда ведь от капитанской доли не денешься, никуда. Так я для себя этот вопрос и не решил, кем проще быть – обычным священником или военным священником. Из чего, опять-таки, следует, прости Господи, что священник я хреновый…»
Причер взвалил на плечо баул с личными вещами и тяжело потопал к боковой дверце, за которой скрывалась малюсенькая квартирка – его новое жилище. Типовое, лишённое излишеств, казённое, но всё-таки донельзя настоящее. Как всё в армии. И хоть ты тресни, на расслабленной гражданке ничего подобного нет.
Суббота прошла без происшествий. Капеллан успел сделать всё, что планировал, и даже сверх того. Он побывал на командном пункте и тщательным образом расспросил Кэссиди, чем и как на Кляксе занимается разведка. Узнал, что означает загадочная фраза «когда оно попрёт», но не особенно поверил. Выходило со слов Кэссиди нечто феерическое, против чего весь опыт службы Причера на «кляксообразных» планетах восставал. Наслушался вдобавок местных сплетен. Затребовал из библиотеки кое-какие файлы. Зашёл в арсенал и получил на руки комплект брони, рюкзак с «джангл-выживалкой», оружие и боеприпасы. Надавил слегка на кладовщика и выцыганил себе вдобавок к бластеру дальнобойную лазерную «пилу» – кургузое такое ружьецо, которое здесь отчего-то не жаловали. «Я же разведка, – объяснил Причер. – Это вы, пехтура, любите взрывными долбить с адским грохотом. Мне воевать нужно тихонечко, чтобы вжик – и нету дряни. А то, не ровён час, родственники погибшего толпой набегут». – «Здесь дрянь всегда толпой лазает, – сообщили ему. – Хоть шуми, хоть не шуми. Когда попрёт, сами увидите». Капеллан от души поблагодарил кладовщика за то, как искренне тот пытается его, капеллана, запугать. Но, вернувшись на квартиру, тут же занялся подгонкой снаряжения. И очень правильно сделал.
Попёрло в воскресенье на рассвете. Сначала Причер по простоте душевной решил, что это обещанная полковником учебная тревога – «совершенно внезапная, за час до подъёма». Нажал кнопку подключения внешнего микрофона и обалдел. По всему периметру базы шла такая массированная пальба, какой он в жизни не слышал.
– Вот и накрылась моя проповедь… – пробормотал капеллан и потянулся за протезом.
На командном пункте в самом центре собранной и деловитой неразберихи восседал полковник. Морщась и иногда зажимая уши. Вид у него был помятый и невыспавшийся.
– Вовремя вы, отче, – сказал он Причеру. – Эй, Кэссиди! Разведка! Где ты там, отзовись, мать твою! Извините, святой отец. Кэссиди! Тебе капеллан нужен? Поможет он тебе?
– Мне уже сам Господь не поможет! – крикнул откуда-то сзади начальник разведки. – Всё, отзывайте спасателя, пока и его не съели! Кончился первый взвод! Остальные выбрались, а первый – кончился!
– Спасательному транспорту немедленно разворот!.. Значит, так, святой отец. Будьте добры, смотайтесь на периметр. Там в шестом секторе ротного заплевали, а у меня сейчас замены нет. Примете командование. Задача ваша простая – чтобы все стреляли. Куда стрелять – увидите. Давайте бегом. То есть не бегом, а машину возьмите какую-нибудь. Любую, кроме моей. На моей там написано… В общем, действуйте.
«Ну, помоги мне, Господи!» – подумал Причер, а вслух рявкнул:
– Есть, сэр!
И кинулся на улицу к машинам. Первым делом он наткнулся на командирскую амфибию, у которой поперёк кормы было крупно нацарапано: «Полковнику никто не пишет». Вокруг неё в организованном беспорядке стояли джипы. Причер запрыгнул в ближайший, врубил навигационную систему, нашёл шестой сектор и дал с места полный газ. Езды до шестого предстояло мили две, не меньше.
