— Не смей терять сознание. — Легкие девушки горели огнем, она изо всех сил удерживала брата. Руки ее ощутили его теплую кровь. — Тогда я тебя черта с два доволоку.
— Извини. Черт! Дай мне секунду. — Адаму понадобилась вся его воля, чтобы отогнать накатившее головокружение. Окружающее он видел не очень четко, но все же пока видел. И понимал. Понимал, что до тех пор, пока они не окажутся в хижине, они не могут считать себя в безопасности. И даже тогда…
— Заходи внутрь. Потом выстрели, дай знать Бену. А я захвачу снаряжение.
— Да провались оно пропадом!
— Ложись. Я сейчас. — Подбежав к распахнутой двери, она выстрелила три раза, чтобы сообщить Бену, что они на месте, потом заперлась изнутри. — Он сейчас приедет, — сказала она, молясь в душе, чтобы это оказалось правдой. — Надо снять с тебя куртку.
— Да не надо со мной так уж возиться, — проговорил Адам, когда она стягивала с него куртку.
— Когда меня подстрелят, тогда и будешь изображать из себя крутого парня. — Она едва сдержалась, чтобы не закричать, когда увидела кровь по всему рукаву от плеча до запястья. — Очень больно?
— Все онемело. — Затуманенным взором он изучающе взглянул на рану. — Думаю, ничего страшного. Заживет. Спасибо, что холодно, а то бы больше крови потерял.
— Сначала сделаю жгут, чтобы остановить кровь. — Она достала платок. — Потом разведу огонь, мы промоем рану и посмотрим, что к чему.
— Проверь окна. — Он коснулся рукой ее руки. — И перезаряди ружье.
— Не беспокойся. — Уилла соорудила тугой жгут. — Давай-ка ложись, а то потеряешь сознание. Ты становишься похож на бледнолицего. Она накинула на Адама одеяло и бросилась к ящику с дровами. Почти пустой, отметила она, и сердце забилось сильнее. Силясь унять дрожь в руках, Уилла развела огонь.
