— Лизка, глупая девчонка моя, — прошептал Бес, когда девушка селя рядом с ним, держа сына. — Как всегда верила мне, ни о чем не думала, да и я тоже…
— Слава Богу, что ты ни о чем не думал! Знаешь, Ром, меня просто достало, что ты думаешь слишком много! Я просто хотела быть твоей, и плевать мне на то, как тебя зовут, на каком языке ты говоришь, предохраняемся мы или нет! Ни о чем не жалею. Ни капли. Если бы я вернулась в Вену, то всё сделала вновь.
— Я тоже, маленькая, я тоже, — тихо проронил Ромка, целуя свою любимую девочку в висок, гладя по голове сына. — Почему Сергей?
Вопрос сам сорвался. Первый из сотни, которые роились в голове, будь то пчелы, слетевшиеся на поляну к медоносным цветам.
— Потому что твой друг когда-то спас тебя в Чечне, сделал так, чтобы ты ко мне вернулся. Жизнь за жизнь. Ты не рад? — Лиза подняла на него грозовые озера глаз.
— Еще не понял, — честно ответил Бес.
— Как это?
— Да вот так, Рыжик. Я уже неделю в Москве. Пока все дела решил по службе, пока понял, что могу вернуться к нормальной жизни, столько всего передумал. Представлял, как увижу тебя… А здесь… Ну Дэн, ну папа! И слова не сказали!
— Это я так просила. Не бушуй. Хотела, чтобы тебе сюрприз был. Впервые вижу, чтобы ты замолчал надолго и глазами хлопал. Согласись же, я смогла тебя удивить! — Лиза хихикнула, уткнулась носом в его плечо.
— Лизка! Ты меня с ума сведешь! У меня мир с ног на голову перевернулся…
— Я люблю тебя, Ром. И это навсегда, — тихо прошептала она, давясь рыданиями.
— Эй, маленький мой, рыженький, ну… Ревешь чего? — пробормотал Бес, стирая губами ее слезинки, так, как делал это давным-давно, когда в его объятиях была просто маленькая девочка, обещавшая стать настоящей, его любимой, единственной. Той, кто будет хранить ключ от его сердца, когда он соберется в дальний путь.
— От счастья, — Лиза шмыгнула носом. — Дурная я, потому что. Не могу поверить еще, что ты теперь здесь, со мной и вернешься, ты будешь возвращаться ко мне, к нам…
— Я тебя безумно люблю, девочка моя. Спасибо тебе за сына, за всё. Прости.
— Я никогда не обижалась. Я ждала. Помнишь? Смерть стоит того, чтобы жить, а любовь стоит того, чтобы ждать.
Роман чмокнул ее в макушку, подхватил сына на руки. Лиза не стала препятствовать. С улыбкой наблюдала, не подсказывая, не мешая. Первое знакомство должно состояться без подсказок со стороны.
Сережка внимательно рассматривал незнакомца, не испытывая страха. На Беса смотрели его глаза — синяя вода, в обрамлении серого кантика, разбавленная крапинками болотной зеленцы.
Облака плыли в вышине, меняя формы, поражая воображение. Солнце разбросало пятна, ветер играл кронами деревьев. Ромка растянулся на траве, лениво грыз травинку, смотрел на небо. Он предавался своему любимому занятию, так же увлеченно, как и в детстве.
Счастье с головой накрыло волной, растеклось по телу, наполнив его ленивой истомой. Рука в руке. Любимая женщина рядом. Сын продолжает возиться со щенком. Над головой небо, распахнутое настежь, забирающее с собой в далекие дали. Оно подарило ему Лизу — маленький осколок солнечного света, который служил путеводным лучиком в том аду, в котором он находился долгое время. Эта любовь могла пролететь мимо, однако ранила сердце острым осколком. Сладость ее губ он ощущал все годы, которые провел в разлуке. А теперь…
Теперь у них вновь есть возможность следить за причудливым бегом фигурок-облаков. Это то небо, в которое они так жадно вглядывались в детстве, делили его между собой. Но теперь это небо разделилось уже на троих…
