На кухне громко свистит закипевший чайник, у меня нет сил, чтобы подняться с кровати, слышу тяжёлые мужские шаги, удаляющиеся в сторону кухни.
Дышу. Всхлипываю. Пытаюсь успокоиться.
Понимаю, что плакать глупо, заставляю себя встать, замечаю на рабочем столе лист бумаги с посланием от Эда:
«Не вернёшь флэшку, выложу горячее видео с твоим участием в сеть».
Слышу доносящееся с кухни бренчание чашек и ложек, нос щекочет плавно подбирающийся острый запах бергамота. Хороший выбор, отрезвляющий.
Встаю с кровати, заставляю себя собрать фото, порвать и отнести в мусорное ведро.
- Успокоилась? – он сочувственно смотрит на меня, по-хозяйски устроившись за столом и помешивая горячий чай. – Садись, я тебе тоже налил.
Беру в руки чашку, вдыхаю горячий аромат, прикрываю веки.
- Почему ты не уходишь?
Спрашиваю, не поднимая головы, сил ругаться нет, говорю тихо, делаю маленький глоток чая. Горячий напиток обжигает рот, обволакивает тягучим терпким вкусом нёбо и язык, отдаёт перчинкой на языке.
- А ты действительно этого хочешь?
Он ждёт от меня ответа, а я делаю ещё один глоток и прокатываю его по пищеводу. Слышу, как Гар мешает ложкой в чашке.
- Ты положил в чай сахар? Бергамот не пьют с сахаром, весь вкус убиваешь, - вместо ответа на его вопрос выдаю поучающую тираду.
- Не знал, люблю сладкий чай, везде сахар кладу.
Я поднимаю на него глаза и вижу добрую, чуть извиняющуюся улыбку.
- Любишь сладкое? – уточняю, а на самом деле меня это совершенно не интересует, просто спрашиваю, чтобы не молчать, чтобы не потеряться в унижении от грязных картинок, которые до сих пор стоят перед глазами.
- Люблю, - он явно от меня чего-то ждёт, может думает, что я сейчас не эмоциях разоткровенничаюсь с ним, выложу всю свою жизнь, ещё поплачу.
- Зря, - неопределенно отвечаю, снова поднимая, делая глоток и опуская чашку.
- Зря сладкое люблю? Или ты что-то другое имеешь в виду?
Догадался. Не глупый. Внимательный.
- Зря я тебя пригласила, - вздыхаю, поднимаю на него глаза и выдерживаю мужской взгляд, хотя очень хочется спрятаться.
Он видел эти фото, там такие ракурсы, которые не показывают малознакомым людям. Чего доброго захочет воочию увидеть. В данной ситуации я могу рассчитывать только на его такт и воспитание, потому что, если он захочет взять желаемое силой, препятствовать ему я точно не смогу.
- Боишься меня?
Словно читает мои мысли и не отрывает взгляда. У него голубые глаза. Просто так это незаметно, а когда лучики солнца светят в лицо, такой чистый цвет отражается. Невольно любуюсь.
- Ты не переживай, я к тому что увидел, отношусь спокойно. Для себя сделал выводы о том, с кем ты встречалась: подлец и манипулятор. Наверное, спешила, когда выбирала его?
Молчу. Наверное, спешила. Когда наши отношения только завязывались, Эд был очень приятным, производил впечатление успешного парня, красиво ухаживал. Где я упустила?
Молчим оба. Долго молчим. Становится уже неудобно. Хочется брякнуть какую-нибудь глупость про родившегося мента, но спасает настойчивый звонок в дверь.
- Я открою, - Гар уверенно встаёт с табурета и размашистой походкой идёт к двери.
- Вообще-то это моя квартира, - кричу ему вслед, тоже подрываюсь и бегу к входной двери.
Обгоняю Гара в просторной прихожей и заглядываю в дверной глазок. На лестничной площадке стоит Эдик. У него что, уши по всему дому, не успела вернуться, уже доложили. Делаю шаг от двери назад, натыкаюсь на широкую грудь моего гостя и подношу палец к губам, призывая его к тишине.
- Там не слесарь? – переспрашивает он, а я мотаю головой, жестом маня его снова в кухню.
Открывать дверь Эду не хочется, мало мне фоток, сейчас ещё скандал закатит по какому-нибудь поводу, вытрепет мне нервы в конец, ещё тахикардия начнётся от всех этих потрясений.
- Машка, открывай, я знаю, что ты дома! – гремит в подъезде ключами, собираясь отпереть дверь.
С обречённым видом тянусь к замку на двери, чтобы впустить бывшего.
- Как тебе мой сюрприз? – слащавая улыбка, Эд вваливается в квартиру, закрывает за собой дверь и, оборачиваясь ко мне, замечает Гара. – Это кто?
- Конь в пальто, - шутка стара, как мир, но лицо Гара серьёзное, стоит, сложив руки на груди, ждёт.
Улыбка медленно сползает с самодовольного лица моего бывшего, и на смену ей приходит испуганный прищур, который Эд пытается прикрыть маской безразличия.
- Недолго ты переживала, Машуля. И давно вы кувыркаетесь вместе? Отпуск с ним проводила? А строила из себя невинную овечку, лицемерка ты.
- Зачем ты пришёл? – пропускаю мимо ушей все его обвинения, присутствие Гара придаёт мне уверенности.
Эд смотрит на меня обвиняющим взглядом, вижу, что хочет, но не рискует скандалить.
- Я за флэшкой, она у тебя, точно знаю. Отдай по хорошему, Маш, я не шучу.
Прислоняется к стене, выжидающе смотрит на меня, Гара пытается игнорировать, но этого большого бородача не замечать невозможно. Боится, нервничает, торопится.
- Эд, ты же всю квартиру перевернул, пока меня не было, неужели не нашёл?
- Нет, не нашёл, поэтому и пришёл, признавайся, куда ты её спрятала, - повышает голос, пытаясь с нажимом выбить из меня информацию.